Инспектор и бабочка

Или лучше сложить триста шестьдесят пять и триста шестьдесят пять и лишь затем умножить на двадцать четыре? И довесок в сорок пять дней – о нем тоже не стоит забывать.

Маньяк-профессор с его умением складывать бесконечно большие величины и мечтать о бесконечно малых – вот кто сейчас пригодился бы Субисаррете!..

Но профессор отбывает пожизненное наказание в одной из закрытых психиатрических клиник, и доступ к нему строго ограничен. Никто не навещает его, кроме санитаров в раз и навсегда отведенные часы завтрака, ужина и обеда.

Правда, элементарным частицам, которыми так увлекался профессор, ни стены, ни решетки нипочем, но это – не самые лучшие собеседники.

Альваро теперь тоже – не лучший собеседник.

Он не сможет ответить ни на один вопрос, а инспектора мучает масса вопросов. Почему Альваро вдруг стал блондином? Почему он остановился в «Пунта Монпас», а не в своей квартире на улице Сан-Роке? Почему он вырядился в дурацкую пижаму прежде, чем улечься в кровать? Почему он не давал знать о себе два года? И главное – почему и за что его убили?

Икер хватается за эти вопросы как за соломинку.

Все они могли быть заданы в частной беседе с Альваро, а могли бы украсить полицейский протокол. Их основное достоинство состоит в том, что они разумны. Да-да, они разумны, а Икеру необходимо сохранить разум посреди безумия одноместного номера гостиницы экономкласса.

Его пропавший друг найден. Но найден в таком виде, что лучше бы и вовсе не находился.

Ведь убитый и есть Альваро Репольес.

И щетина в ямочке на подбородке больше не будет донимать его. Никогда.

– …Что с тобой? – спросил Иерай. – На тебе лица нет.

Еще бы. И бог с ним, с лицом Субисарреты, вот если бы на трупе не было лица Альваро Репольеса! Любое другое, но только не его!..

Икер знает, что это невозможно, и все равно прикрывает веки и сдавливает глазные яблоки большим и указательным пальцами – в надежде, что дурная реальность вот-вот закончится. Перед глазами проплывают полосы – черная, желтая, снова черная и снова желтая, совсем как на осином брюшке.

Куда подевались осы из головы Альваро?

Переместились в голову Субисарреты, вот куда.

– Эй?

– Все в порядке. С утра башка раскалывается, вот и все.

– Мы закончили.

– Отлично. Чуть позже я загляну к тебе. Может быть, к тому времени удастся что-нибудь узнать о чипе…

– Я смотрю, он интересует тебя больше, чем труп. Но для начала не мешало бы установить личность потерпевшего.