Корабль призраков

Бедный толстяк Альберт Венедиктович, видимо, лавры следователя по особо важным делам никогда не давали тебе покоя. Или слава комиссара Мегрэ.

Кряхтя и отдуваясь, Альберт Венедиктович опустился на четвереньки перед трупом старпома и принялся внимательно изучать его.

– Кто первым обнаружил тело? – наконец спросил он.

Капитан вытолкнул из толпы моториста Аркадьича:

– Он!

– Когда это произошло?

– Недавно… Точнее я не знаю. И времени не засекал.

– Печально, печально… – К Альберту Венедиктовичу подошел нейрохирург и что-то шепнул ему на ухо.

Услышав версию о часах и таким образом точно восстановив время, адвокат несколько успокоился.

– Вы слышали стук падающего тела? – снова обратился он к мотористу. – Вы видели, как все это произошло? Вы вообще заметили что-нибудь? Подозрительный шум, например.

Затравленный Аркадьич неожиданно для себя стал главным действующим лицом. И после долгого напряженного раздумья подал соответствующую реплику:

– Да вы с ума сошли, товарищ… Здесь грохот такой, что собственная женка будет рожать в муках – и то не услышишь… Разве сами не видите.

– Случайно наткнулись на тело?

– Ну да. Мы же здесь не сидим, мы наверху, в посту управления. Только раз в час спускаемся, механизмы обходим, мало ли что… Вот спустился в очередной раз – так его и увидел. А как увидел – так сам чуть рядом не свалился от ужаса.

– Вы сразу же поднялись к капитану?

– Да не поднимался я… Я же при механизмах… Сообщил по селектору с поста, так, мол, и так, вот он и спустился.

– Моторист позвонил вам в каюту?

– Я был в рубке, – четко, по-военному, ответил капитан. – Наш моторист позвонил именно туда.

– В котором часу это произошло?

– Три пятьдесят. Но разве сейчас это имеет значение?

– Все имеет значение, – наставительно сказал Альберт Венедиктович, – пока мы не выяснили причину смерти.

Призрак возможного убийства коснулся лиц присутствующих, и все надолго замолчали. Только адвокат продолжил импровизированный допрос свидетелей.

– Значит, вы действительно ничего не слышали?

– Я же говорил…

– Гм-гм… Действительно, здесь чересчур шумно. – Чтобы как-то сгладить очередную неловкость, Альберт Венедиктович снова обратился к нейрохирургу: – Что вы можете сказать относительно высоты, с которой… м-м… упало тело?

– Ну, судя по внешним повреждениям, метров восемнадцать-двадцать… Не больше… Хотя я не могу ручаться за это.