Ловушка для птиц

Ну, то есть узкопрофессиональные, следственные возникли бы, но не более. А вот звезда классической музыки в подобных интерьерах – это нонсенс. Из всего скудного антуража Филиппу Ersky соответствуют только закомиксованный холодильник и кофемашина, остальное никак не привязать. И кому вообще понадобилось убивать скрипача?

Не стреляйте в пианиста, он играет, как умеет.

А в скрипачей, значит, можно?

Шорох за спиной заставил Пашу обернуться. На пороге комнаты стоял давешний цыганенок из вестибюля и во все глаза смотрел на мертвого Ersky.

Он даже рот приоткрыл от удивления и любопытства. И не посчитал нужным его захлопнуть, когда Однолет оказался рядом.

– Ааааа, – вылетело из цыганенка, стоило только Паше крепко взять его за плечо.

– Тихо, – скомандовал опер.

Цыганенок и не думал затыкаться, его «ааааа» усилилось, и в нем появились какие-то старческие, надтреснутые нотки. Примерно такими голосами нищие с рынков жалуются, что у них отняли копеечку. Цыганенок извивался, как только что пойманная рыба, и все норовил ускользнуть.

Паша переместил руку с плеча на воротник рубашки и, дернув за него, слегка приподнял мальчишку над полом.

– Ааааасукаааааа!

– Цыц. Я из полиции, понял?

– Пусти, сукааааа, – заныл цыганенок, слегка сбавив обороты.

– Знаешь его? – Паша подбородком указал на тело.

– Пусти.

– Знаешь?

– Знаю девчонку.

– Какую?

– Которая здесь бывает.

– Черные волосы короткие, красивая?

– Она мне двести рублей должна.

– А может, пятьсот? Или тысячу?

– Откуда узнал?

– Вид у тебя такой.

Как будто все тебе должны.

Цыганенок был типичным представителем своего племени: смуглый, кареглазый, с жесткими, как проволока, черными волосами. Передний зуб мальчишки сколот, ресницы – пушистые и длинные, на правой щеке – пятно: то ли от сока, то ли от соуса. Маленький засранец, которого нисколько не испугала чужая смерть. Даже удивительно.

– И сигареты. Она у меня брала.

– Давно?

– Почем я помню? Недавно.

– Тебя как зовут?

Мальчишка ответил не сразу, как будто раздумывал: всучить Однолету свое имя бесплатно или продать подороже?

– Ну? – Всем своим видом Паша дал понять, что торг здесь неуместен.

– Шуко. Отпустишь меня? Не убегу.

– Конечно, не убежишь. Интересно тебе, да?

– Думаешь, я трупаков не видел? – Шуко лихо сплюнул через осколок зуба. – Еще как видел.

– Здесь?

– Не. В другом месте. Где мы раньше жили. В Екате.

– В Екате?

– Город такой. Екат. Ну, или Ебург.