Любовники в заснеженном саду

Вы запомнили, я польщена. Кстати, где вы умудрились его достать?

Вопрос был совершенно невинным, заданным вскользь, но по щекам Нонны Багратионовны почему-то расползлись красные пятна. И принялись отчаянно семафорить Никите: плевать мне на то, где ты его взял, мы оба знаем, где ты его взял, так что не будь дураком, придумай версию поделикатнее…

– Купил, – после секундного раздумья произнес Никита. – В ларьке на Нарвской. Увидел, вспомнил и купил.

– Да? Вообще-то он распространяется только по подписке… Сколько я вам должна?

– В смысле?

– Сколько вы за него заплатили?

– А-а… неважно.

Считайте, что это подарок…

…Следующим подарком стало исчезновение Толяна и Джека. Они испарились из особняка на Горной, никому и слова не прорычав. До Никиты донеслись лишь отголоски этой странной истории, бегло пересказанной Корабельникоffым между двумя телефонными звонками – Мариночке во Всеволожск и потенциальным инвесторам в Мюнхен. Именно Мариночка и сообщила муженьку, что нашла дом пустым.

Ни собаки, ни охранника… Вещи на месте. И Толяна, и хозяйские. В какой-то мере Корабельникоffым повезло – из особняка ничего не пропало, хотя входная дверь была открыта, окна в кухне распахнуты настежь и лишь калитка закрыта – и то только благодаря примитивному английскому замку.

После двух звонков Корабельникоff сделал третий – в службу собственной безопасности компании, ее начальнику с сомнительной для северных широт фамилией Джаффаров.

Именно Джаффаров нанимал на работу Толяна, с него и спрос.

Чем закончилось внутреннее расследование, Никита так и не узнал, но Толян на горизонте больше не появился. По словам вездесущей Нины Багратионовны, его сменили два ублюдочного вида качка с винчестерами. А место Джека в вольере заняла такая же ублюдочная восточноевропейская овчарка. Ни качков, ни овчарки Никита до сих пор не видел – повода наведаться во Всеволожск не было. Да и Джанго, некоторое время плотно занимавшая скучное, как пустыня, воображение Никиты, отодвинулась на задний план, а потом и вовсе исчезла.

И уже нельзя было с точностью сказать: была ли она на самом деле или не была. И свидетелей не осталось – ни человека, ни собаки. Они как будто испарились, рухнули в бездну ее желтоватых диких глаз…

* * *

…Вечеринка в честь дня рождения Мариночки больше смахивала на банкет по случаю тезоименитства отпрыска королевской фамилии.