Смерть на кончике хвоста

Жаль, что она никогда не сможет воспользоваться этим чужим великолепием… Жаль.

А, собственно, почему жаль?

Мысль, возникшая в ее затуманенном мозгу, поначалу показалась ей крамольной. Но только поначалу. Наталья прилегла на краешек кровати, подложила под голову «морскую звезду» и принялась рассуждать.

Итак.

Она нашла собаку. Она спасла ее. И имеет право на скромное вознаграждение. Вряд ли хозяйка хотела избавиться от доберманихи – к чему тогда оставлять ошейник с адресом и телефоном. Значит, Тума просто потерялась.

Ее должны искать. Может быть, ее даже сейчас ищут. И не исключено, что хозяйка появится в квартире с минуты на минуту.

Наталью бросило в пот.

Хозяйка появится с минуты на минуту и увидит в своей квартире совершенно постороннего человека, который к тому же рылся в ее вещах и совал нос в бутылки. И слопал ее сырокопченую колбасу!.. Но все это можно оправдать стечением обстоятельств: она не дозвонилась по телефону, который был отключен.

Кстати, о телефоне.

С сожалением расставшись с платьем и перекочевав в кургузый костюмчик, Наталья подошла к еще одному телефонному аппарату, стоявшему у изголовья кровати.

И аккуратно сняла трубку. Этот был не отключен и абсолютно исправен. Чтобы окончательно удостовериться в этом, Наталья набрала номер Нинон.

– Ты знаешь, который час, убийца? – Голос Нинон дышал праведным гневом. Судя по всему, маленькая ночная серенада сорвалась.

– Который?

– Начало двенадцатого.

Ну надо же! Она провела в чужой квартире около трех часов и даже не заметила этого.

– С каких это пор ты переквалифицировалась в жаворонки? – спросила Наталья и тотчас же прикусила язык. Пора бы запомнить, что после неудачных любовных свиданий Нинон укладывается спать в детское время, а перед этим сжирает все, что есть в холодильнике. Именно так она справляется с депрессиями.

– Облом? – Немного сочувствия не помешает.

– Проявляешь чудеса проницательности, – с готовностью ответила Нинон.

– Кто это был?

– Какая разница? Один театральный режиссер.

Очень известный. Редкостный козел.

– Он не любит рубенсовские формы?

– Как оказалось.

– Пора садиться на диету, Нинон.

– Ты же знаешь… Моя фигура – за гранью добра и зла. Понятие «диета» к ней неприменимо. А что собачка?

– Все в порядке.

– Отдала с рук на руки?

– В некотором роде. Я попала в довольно странную ситуацию, Нинон.

– Вот как? – Нинон сразу же оживилась: она обожала интересные ситуации. – И какую же?

– Не по телефону.