На крыльях кошмара

– Что-то в последнее время лурийские шлюхи совсем распоясались, – ядовито заметил первый наёмник, подходя вплотную к кхари, чем заслужил от неё острый, как наконечник копья, взгляд синих глаз. – Вас, наверное, перестали пороть в детстве? Иначе с чего вы, глупые бабы, решили, что можете носить штаны и размахивать оружием наравне с мужчинами?

Алея чувствовала запах из его рта и могла в подробностях рассмотреть лицо мужчины, противно кривящиеся уголки его губ и подбородок.

– Немудрено влезть в штаны и вооружиться, если эти мужчины способны всемером напасть на одну женщину, – не сдержалась кхари.

 – А один на один ты со мной встретиться побоялся?

– Шлюха! – зло выплюнул ей в лицо главарь и наградил чувствительным ударом под рёбра.

Алея на мгновение задохнулась и пообещала себе больше не провоцировать этого урода, но убить при первой же возможности. Когда в глазах прояснилось, лица перед ней были всё те же.

– Ну и что ты скажешь теперь? – нахально усмехнулся наёмник. – Знай своё место, глупая баба!

Его руки легли на грудь кхари и сильно сжали её.

Алея сохранила отстранённый вид, будто стояла на лужайке, а не среди этих подонков. Она отдавала себе отчёт, в какой опасной ситуации оказалась. Ничто не помешает им изнасиловать её в этом закутке при желании, а желание у них явно присутствовало. Вечер плавно вступал в свои права, и, хотя людей на улице ещё полно, кто захочет связываться с громилами на входе? Кхари хорошо рассчитывала свои силы и понимала, что уложит максимум двоих, прежде чем третий двинет её головой о стену, а четвёртый ударит ногой в живот, когда она упадёт. И всё дело в узости этого места. Она просто не имела здесь пространства для манёвров. Может, у неё бы что-то и получилось, если бы удалось пробиться к тупику и прижаться к нему спиной. Но и загонять себя в ловушку ещё глубже Алея не горела желанием.

– Одно моё слово, и ты сейчас обслужишь всех моих людей по очереди, а они умеют выбивать бабскую дурь. Но я отложу это занятие на потом. А пока скажи своему капитану, что если он не отдаст нам девку и медальон, то к рассвету его корабль сгорит дотла.

С этими словами наёмник толкнул Алею, и она выпала на улицу, поскольку за её спиной больше никто не стоял. Здесь ей помогли встать прохожие, а когда кхари повернулась, тупик оказался совершенно пуст.

Живя во дворце императора, она узнала многое о человеческой жестокости. Но под крылом Барах-Дина Алея всегда была надёжно ограждена от подобных посягательств.