Ловец снов

 – немного устало проговорила в слух я.

На кухне внезапно раздался звон разбитой посуды, прервав наш гипнотизирующий зрительный контакт. Вздрогнув от неожиданности мы с котом сначала обернулись на звук, а позже вместе ринулись в сторону источника шума.

Мама стояла посреди кухни, опустив руки и склонив голову, а папа обнимал её за плечи. Вокруг лежали осколки разбитой тарелки. Она раскрошилась на мелкие кусочки, словно кто-то нарочно прошёлся по ней молотком, вкладывая в удары всю свою злость и отчаяние.

Говорят, что разбить посуду к счастью. Только где оно? Это уже вторая за день расколотая вещь, а новости в нашей семье все сплошь не утешительные.

– Мам, пап? – позвала я увидев всю картину целиком. – Вы чего? Что-то случилось? – хотя, о чем я спрашиваю. Сестра в больнице, родители расстроены так же, как и я.

Папа тут же повёл маму к столу и, усадив на стул, попросил:

– Давай, уберём осколки и поговорим.

Я молча кивнула, а по спине пробежал холодок: предостерегающий и зябкий.

Я понимала, о чем хочет поговорить отец. Сейчас мне в очередной раз устроят допрос и не поверят моим словам. Я перевела взгляд на маму, хотела приободрить её, но застыла не успев произнести ни слова – она сидела в той же позе, не двигаясь. Не проронив и слезинки, словно все чувства в ней заморожены, и она не понимает, что со всем этим делать.

Проморгавшись, чтобы прогнать ненужные слезы, подступившие к глазам, я дрожащими руками взяла веник и совок.

Быстро собрала осколки с пола и скинула их в мусорное ведро. Наверное, стоило делать это чуть медленнее, успеть придумать более реальную версию событий для рассказа маме, но я никогда не умела врать. Выдохнув, как перед прыжком в воду села на свободный стул рядом с ней.

– В общем, – тяжело выдохнул отец, давая себе время собраться с мыслями и подобрать нужные слова – Врачи сказали маме, что это наркотическая кома. – эта фраза прозвучала как гром среди ясного неба.

– Что-о? – одними губами зашевелила я, стараясь справиться с подкатывающими эмоциями. Как можно в такое верить? Да, я слышала уже эту версию диагноза из уст врача, но родители… Почему они доверяют им, а не мне? – почти кричала мысленно я.

– Надя дышит, её мозг функционирует, но тело не реагирует на внешние раздражители, – тихо, едва слышно добавила мама. – Они положили её в реанимацию. Сейчас Надюша под капельницей.