Грешная

– Боже, упаси! – выговаривает Айдар Фаизович, заглушив свой смех, – Я человек религиозный и с криминалом никак не связан… Дело в том, что ваш муж любезно помог мне с одним важным вопросом, посодействовав в его решении. И в обмен на великодушие Александра я обязался быть спонсором его предвыборной кампании.

Вздох облегчения покидает меня, но я тут же вновь напрягаюсь.

– А что за вопрос он помог вам решить? – вкрадчиво спрашиваю.

– Ох, Стелла! – Каримов делает взмах рукой, – Голова такой прелестной женщины не должна быть забита всякой деловой чепухой! Поверьте, вам это покажется скукой смертной.

Наши дела совершенно не стоят вашего внимания.

– Хорошо… – медленно качаю головой и понимаю вдруг, что уже совсем не боюсь смотреть этому мужчине прямо в глаза, – Но мне все равно не ясно, что вы хотели донести до меня этим разговором.

– Я хотел донести до вас одну простую мысль, Стелла: каким бы ни был негодяем ваш супруг по отношению к вам, в ближайшее время ему будет особенно необходима ваша поддержка и преданность.

Я берусь оказывать ему всю посильную помощь на этом этапе и не хочу, чтобы мои старания пропали зря, поэтому очень прошу вас быть ему надежной опорой. Мы же с вами не желаем, чтобы ваш муж проиграл эти выборы?

– Я вообще имею к этому весьма посредственное отношение… – говорю немного отстраненно.

– О, нет, дорогая Стелла! – возражает Айдар Фаизович, – Вы как раз связаны с этим самым прямым образом. Вы его законная супруга и мать его ребенка. И если вы достаточно мудры, то покажете, насколько счастливы иметь семью с таким человеком, как Александр, – он замолкает и внимательно смотрит на меня, проверяя мою реакцию на свои слова.

Я сжимаю челюсть, лишь на мгновенье представив какая театральщина меня ожидает в связи с амбициозными планами супруга. Не то чтобы это было для меня чем-то непривычным, но наши «постановочные» отношения с Сашей порядком выматывают меня и мою нервную систему. Это как всю жизнь проживать на Северном полюсе, в промозглом холоде, и лишь изредка выбираться в жаркие тропики – акклиматизации не избежать.

– Я вас поняла, – твердо заявляю, – Я уже давно потеряла чувствительность к изменам Саши и саботировать его возможную политическую карьеру не собираюсь.

Довольная улыбка овладевает лицом Каримова после моего заверения.

– Значит, мы друг друга услышали и поняли, – резюмирует он.

В столовую возвращается Александр. Он выглядит немного сердитым, но быстро берет свои эмоции под контроль.