Лилия Бессилия

Мне не хотелось, чтобы вы стали свидетелем такого.

– Поверьте, зрелище вашего падения было значительно страшнее.

– Вы спасли меня? Зачем? – недоуменно спросила девушка.

Атос неопределенно пожал плечами и продолжил, как будто не было данного вопроса:

– Думаю, мы можем сделать привал, отдохнем. Я бы хотел приехать в Берри до наступления ночи.

– В Берри? Вы желаете вернуться туда?

– Там нас не будут искать, по крайней мере, не сразу.

– Искать? Рошфор и Ришелье не знают о нашем знакомстве, вы будете последним, о ком они подумают.

– Все верно, но я больше опасаюсь преследования со стороны вашего деверя и моих друзей.

– Неразделимые мушкетеры не сошлись в едином мнении, как лучше меня казнить? Какая ирония, – слабо рассмеялась девушка.

Сейчас, когда она сидела напротив него, Атос смог получше разглядеть ее и то, что он увидел, его встревожило: лицо после обморока не вернуло былой цвет, скорее наоборот, стало зеленоватого оттенка, губы сухие, глаза потухшие. Синяки под глазами были отчетливо видны на осунувшемся лице.

Что с ней сделал Винтер, пока она была в Англии? Он и не заметил, как произнес этот вопрос вслух.

– О чем вы? – удивилась Миледи. – Я провела время просто потрясающе в заточении благодаря вашему письму, между прочим, чуть не была отправлена на преждевременный отдых в южные колонии.

– Он вас морил голодом, бил?

– К чему вы ведете, граф, вас не интересовали эти вопросы прежде?

– Прежде вы не падали в обморок и не выглядели, как если бы голодали, – спокойно ответил Атос.

 – Вас все еще трясет, хотя на улице тепло и вы закутаны в многочисленные слои ткани.

– Это пройдет, граф, поверьте, какими бы злодействами ни помышлял лорд Винтер, он не морил меня голодом и не истязал.

– Когда мы доберемся до поместья, я пошлю за врачом.

– В этом нет необходимости.

– Это позвольте мне решать самому, вы под моей опекой и…

– Я жду ребенка, – неожиданно даже для самой себя выпалила Анна.

Глава 3

Атос был как громом поражен, наверное, она опять пытается его обмануть, но зачем? Он и так принял решение укрыть ее от врагов, ей не требуется давить на жалость, кроме этого, ее вид подтверждал сказанное лучше, чем любые заверения.

Вот откуда тошнота и обморок. Но если это правда, то…

– Вы уверены?

– Да, все симптомы подтверждают это, – устало озвучила Миледи. Ей было плохо: холодно, тошнило, хотелось спать. Страх перед казнью ушел на задний план, все происходящее она воспринимала через какой-то туман.