Дурашка в столичной академии

За ужином начинаю осторожно выпытывать у своего собеседника особенности его «семейных» заклинаний, и это явно смешит мужчину, он дает мне подсказки, а я отгадываю, у нас завязалась своеобразная игра, которую пришлось прекратить с появлением моего декана, опять бесцеремонно усевшегося за наш столик.

– Что-то вы излишне мрачны, профессор, – отметил с веселой интонацией Лэдор.

– Да будешь тут веселым, когда жених кири меня оккупировал, поняв, что с ректором разговаривать бесполезно, и главное, сам ректор спихнул эту проблему на меня.

Настырный Боргвен и подкуп уже предлагал, и скандалил, и угрожал. Как будто у меня других дел нет. Еще студенты повадились на кафедру шастать, все хотят вызнать угадайте, о ком.

– Ну, жених нашей уважаемой кири и некоторые подробности ее личной жизни для многих теперь не секрет. Поговаривают, у вас в кабинете было открыто окно, и крики страстного жениха далеко расходились по ученической аллее во время последних занятий.

Какой позор! Я теперь не смогу показаться на лекциях.

Прикрыла глаза рукой, но пальцы свободной руки вдруг накрыла теплая мужская ладонь. Замерла, прислушиваясь к нахлынувшим на меня ощущениям.

– Да бросьте, Амалета, – говорит мне принц, все еще не отнимая руки, которую так покровительственно положил мне на пальцы. Я не могу не смотреть на эту руку, да что там, сам декан многозначительно на нее смотрит, и кажется, что и вся столовая, затаив дыхание, смотрит, смотрит, смотрит…

Что-то у меня воображение разыгралось.

И ничего профессор не смотрит, уткнулся носом в свою тарелку, и все, я молчу уж про остальных. А по моей руке тем временем разливается непередаваемое, такое приятное тепло, от которого внизу живота все сжимается. Необычные ощущения.

– Что бросить? – заторможенно произношу я, все еще глядя на руку и прислушиваясь к себе.

– Жениха.

– Что?! – Резко отдернула руку.

– Шучу, кири, – улыбается мне в ответ мужчина. Улыбка простая, располагающая и ничего особо не значащая, но вот взгляд, в этом взгляде затаенный блеск, взгляд внимательный, какой-то тягучий, Астан смотрит на меня, как на неведому бестию, срочно требующую изучения.

 – Вашу репутацию слухи о недовольстве жениха и вашем довольно условном побеге никак не испортят, скорее наоборот. Представляете, с какой радостью будут идти студенты к преподавателю, которая ради них пошла на такие жертвы.

– Вот вы все шутки шутите, мейстер, а дело-то серьезное, – вмешался Гийон.