Чувственная безмятежность. Три истории любви

И это полностью изменило мою жизнь, при этом я не стала лучше, а мужчин рассматриваю лишь как объект, который сосуществует рядом и который никак не влияет на то, что происходит со мной.

– Я тоже объект? Или ты общаешься со мной из каких-то корыстных побуждений? Я в твоих глазах должен выглядеть вообще конченым.

– Нет. Ты интересен мне…, – уклончиво ответила Виктория, многозначительно взглянув в его глаза. – Я же тебе тоже интересна?

– Нет, ты была мне интересна пару дней назад, когда я подглядывал за тобой, вон с того камня.

А сейчас я могу с уверенность сказать, что любою тебя, – Валерий подошёл ближе, и сжал её ладони, чтобы она не могла увернуться от неминуемого поцелуя. – Ничего подобного я никогда не испытывал.

Вика не отстранилась, а прикрыв глаза, позволила ему сделать то, что было задумано. Поцелуй оказался долгим, и был похож на самый первый в жизни, когда невозможно было остановиться, из-за опасения, что такое больше никогда не повторится. Ей было приятно, и она явна ждала этого и была готова к продолжению, так, по крайней мере, показалась Валерию… Но Вика неожиданно выскользнула из его объятий.

– Пойдём в море, – игриво произнесла она, и каким-то неуловимым движением сбросила с себя лёгкое платье, под которым не было ничего, кроме её восхитительного обнажённого тела. – Раздевайся!

– А я не могу… Есть проблема…, – смущённо ответил он, оттянув футболку вниз, чтобы прикрыть возбуждение.

– Кроме меня здесь никого нет. Не будь дураком.

– Тебе хорошо говорить… А мне, что с этим делать?

– Радоваться и гордиться.

Давай, а то я передумаю.

Вика дождалась пока Валера разделся и с любопытством осмотрела его с ног до головы.

– Не понимаю, чего ты стеснялся. Для своего возраста отлично выглядишь, да и стоит он уверенно, пацаны могли бы позавидовать.

В первое мгновение прохладная вода остудила пыл, но Вика подплыла ближе, их тела соприкоснулись, и сопротивляться было уже бессмысленно, а ощущение невесомости лишь усиливало возбуждение, Валера даже не уловил момент перового проникновения, лишь почувствовав обжигающую теплоту, понял, что находится в сладостном плену…

И снова промелькнула мысль о нереальности происходящего, что не могло с ним случиться такое, не заслужил он это счастье и не достоин такой любви…

На этом мысль прервалась.

Думать, и одновременно с этим наслаждаться, он не мог…

Как было потом приятно лежать на тёплых камнях, держать за руку свою любовь и сквозь опущенные веки смотреть на яркое солнце.