Недетское кино 1

– Небось и профсоюз есть?

– Конечно есть. У девушек официальный гонорар, с которого они самостоятельно платят налоги. Вам это трудно понять, но в Венгрии они ни от кого не скрываются. Здесь порноактриса – это такая же профессия, как официантка или водитель трамвая, только получают они намного больше.

Слушая объяснения Терезы, Андрей не заметил, как в кабинет вошла очередная девушка. Монти с элегантностью бегемота выскочил из-за стола ей навстречу и долго сжимал в своих объятиях, осыпая поцелуями и комплиментами.

– Май супер стар! – гордо сказал он, обращаясь к гостям, одновременно с этим, разворачивая девушку лицом к ним. – Май презент… По-да-рок… Для ваш филм… Май супер стар… Джесси Блонд!

Какое знакомое имя… Андрей поднял глаза и замер от восхищения. Да-да, это была та самая Джесси Блонд, развратная красавица с афиши парижского кинотеатра.

Часто бывает так, что обычный мужчина влюбляется в некий экранный образ. Кто-то любил Люсю Гурченко, кто-то Наталью Андрейченко, кто-то Вивьен Ли или Орнелу Мутти, кому-то нравилась Николь Кидман, а кто-то боготворил Натали Портман.

И это была совершенно безвредная любовь, поскольку объект вожделения был так далёк и так призрачен, что даже не вызывал ревность у находящихся рядом реальных женщин. Что может сделать их мужчина? Ну, в очередной раз посмотреть фильм с её участием, как бы случайно купить журнал с её фото, в крайнем случае немножко помастурбирует в ванной, представляя себя в её объятиях. Вот и вся любовь. Никаких последствий.

Андрей знал, что тогда, в Париже, безнадёжно влюбился в эту распутную блондинку по имени Джесси. Он сидел в зале кинотеатра, сгорая от ревности и готов был растерзать мужиков, сжимавших её божественное тело в своих объятиях. А больше всего на свете он хотел оказаться на их месте. Но таких как он, были миллионы. И эти миллионы мечтателей ежедневно, ежечасно, ежеминутно неистово мастурбировали на свою любовь от безысходности, наверное. Признаться честно, Андрей тоже был не безгрешен, и до встречи с Леной диск с Джесси Блонд частенько скрашивал его одиночество.

И вот сейчас она сидит напротив, смотрит на него, и нет в этом взгляде никакой похоти, а лишь обычное бабское любопытство. А он не знает куда деть глаза, не знает как скрыть своё смущение. Он готов убежать, только лишь для того, чтобы избавить себя от вновь нахлынувшего чувства. С появлением в его жизни Лены это призрачное чувство само собой рассосалось, и любовь реальная взяла верх.