Сделайте мне ребёнка, босс!

И мне это очень нравится. Он живым становится.

Парень что-то выкрикивает, похожее на «бешеный», и отходит. Тут же сердитый взгляд возвращается на меня. А я судорожно думаю, что сказать.

Назар ведь предлагал меня подвезти!

Я из вредности не согласилась. Да и не хотела, чтобы отец знал о подработке в офисе. А теперь…

– Вы успокойтесь, – выдыхаю.

– Дарина, мать твою! – он встряхивает меня, да так сильно, что внутри всё дрожит.

Кричит громко. Мне ещё страшнее становится.

– Тебя давно пороли?

Сглатываю и киваю.

– А это вы к чему? – тихонько проговариваю, едва не плача. Почему он на меня орёт? Чуть-чуть ему всего лишь бампер подправила, поменять же можно… Доходы позволяют.

– Мало пороли. Пора начинать опять, – вдруг выпаливает.

– Да ладно вам, всё нормально. Это же машина, а не человек…

– Ты дурочка, да? – опять шипит, выплёвывая. Хорошо, что не трясёт, а то ещё немного – и у меня закружится голова. – Причём тут эта железяка? Ты о своей жизни подумала, когда за руль садилась? Ещё и без прав!

А, так он обо мне волнуется…

– У меня большой опыт вождения… – оправдываюсь.

Кажется, зря я произношу эти слова.

– Ездить у Саши на коленях за рулём – не опыт! – опять голос повышает. Никогда не думала, что он так будет волноваться обо мне.

Упоминание отца немного возвращает меня в нормальное состояние. Мозг работать начинает, и я быстрее выдаю:

– Вы же папе ничего не скажете?

Лицо Назара ещё ожесточённее становится.

Дарина, тебе капец. Тотальный.

– Ещё как скажу, чтобы дурь всю из тебя выбил, – чеканит и дёргает меня на себя. Между нами никакого расстояния нет, чтобы развернуться. Прижимаюсь плоским животом к стальному и рельефному телу, которое ощущаю даже через ткань тонкой рубашки.

Ой… А это нормально, что мы так близко?

– Так вы знакомы? – на горизонте снова появляется тот парнишка, врезавшийся мне в зад. – Папик? Плати за тачку! Иначе прямо сейчас гайцев вызову и спалю, что у твоей мымры прав нет.

Красивые и напряжённые черты лица ещё острее становятся. Вена на лбу ярче проявляется.

– В машину мою иди.

Загробный голос пугает, и мне следует промолчать, но я всё же выпаливаю:

– А как же папина?

– Быстро, – говорит это так тихо, опасно, что мне плохо становится. – Ключи дай.

Активно киваю, чувствую, как его хватка оставляет моё тело.

– Они в салоне, – еле шевелю губами.

Кивает. А я что есть мочи быстро следую его приказу.