Случайный ребёнок. Шанс на счастье

Ой, дура…

– Чего нервничаете?

Взглядом прошу помощи у Дашки. Она на меня даже не смотрит. Пускает слюни на Беркутова и жуёт конфеты, которые вытягивает из пиалы.

– Боюсь, что ваша девушка вернётся. И всё неправильно поймёт. Вечер всё же, – нервно улыбаюсь и посматриваю на входную дверь. Хоть бы пришла уже!

– Не беспокойтесь, – убаюкивающим тоном продолжает. Встаёт. И вместе с этим его рука движется вдоль позвоночника, останавливаясь между лопаток, где точно электричеством лупит. – Мы живём отдельно.

Пока что.

– Вы недавно в отношениях? – встревает в разговор подруга. Артур уже встаёт с места, идёт к холодильнику. Открывает камеру и достаёт пакетик со льдом.

– Давно.

Хм… Вон как.

– Тогда какие же это отно…

Она получает пинок от меня по колену.

– Ой! – голосит и следом шипит как змея. Недовольно кидает в меня свой острый и красноречивый взгляд. Убить меня готова.

Но пока лезет в сумочку. Ей звонят, и я благодарна тому, кто это делает. Потому что Дашка извиняется и вскакивает со своего места, спрашивая, где туалет.

Услышав ответ, отвечает на звонок и быстро убегает.

Оставляет нас одних.

Хлопает дверь, и я слышу недовольное:

– Она у тебя невоспитанная.

Есть такое… Но Даша – хороший сотрудник, и мы многое прошли вместе за эти несколько лет.

– И не умеет держать язык за зубами, – поворачиваюсь к нему, а сама приоткрываю рот в возмущении. Я сама это знаю, но некрасиво так говорить! – Дарина была лучше.

Не успеваю больше ничего и сказать.

Не замечаю, как он оказывается так близко, нависая надо мной. К губам прислоняется холодный кубик льда, проникающий в рот. Большой палец быстро скользит по губе, к подбородку, на который он и надавливает, заставляя сомкнуть зубы.

– Это уменьшит боль, – вновь улыбаясь, убирает свой палец и проводит по своей губе, делая её влажной от подтаявшего кубика льда. И тут же слизывает влагу языком, вгоняя меня в краску. – Так вы с Дариной больше не дружите? Как ты связалась с…

Его зоркий взгляд мечется на закрытую дверь туалета.

– С этой.

– Это моя коллега, – говорю строго, хотя получается не очень из-за кубика льда во рту. Языку реально становится легче. Обычно при таких ожогах я забивала на них – боль быстро проходила, а тут… Действенно. – И я не желаю слушать о ней ничего плохого.

– Тебе лучше сейчас не говорить ничего серьёзного, – тихо смеётся, убирая пакет со льдом обратно в холодильник. Я не вижу выражения его лица – стоит спиной.