В объятиях зверя

Потому что ни капли не жалею о том, что было тогда…

***

Мы пребываем в этом доме уже четыре дня. Всё это время мы со Львом стараемся не контактировать, особенно после случившегося. Вообще пытаюсь избегать его, но этого не сделаешь, когда живёшь в одноэтажном доме с несколькими комнатами.

Благо Вавилов часто пропадает на улице.

Грохот входной двери подталкивает поднять голову вверх и увидеть того, о ком сейчас думаю.

– Через несколько часов выдвигаемся.

Округляю от удивления глаза, понимая, что неделя ещё не прошла.

– Так рано? А если туда всё ещё приезжают бандиты?

Лев смотрит чётко на меня, поправляя перчатки на липучках, в которых он выполняет жим со штангой.

– Мой знакомый всё решил позавчера. Проник в закрытую базу, снёс объявление. Теперь все похожие автоматически блокируются системами. Думаю, уже всё поутихло. Послал в дом одного человека, он должен отчитаться через несколько минут. Если всё чисто – едем.

Хочется выдохнуть от облегчения, что возможно скоро всё закончится, но не буду этого делать.

Поскольку есть ещё масса людей, которые увидели этот заказ. И которые ждут, пока мы с Вавиловым появимся на горизонте.

– Ладно, – киваю, ставя кружку с зелёным чаем на стол. Хорошо, что Лев его купил. А я так и не отблагодарила его. И не буду. Пусть следит за языком. – Ярослав ещё не ответил?

– Нет.

Опускаю виновато голову. Сжимаю ручку кружки в пальцах.

В следующую секунду по кухне разносится трель телефона.

Смотрю на Льва, затаив дыхание. Если мы узнаем, что им от меня нужно, я всё отдам. Лишь бы жить в спокойствии со своим долгожданным малышом. Увидеть, как впервые улыбнётся, пойдёт, заговорит…

Вавилов отвечает на звонок. Эти секунды тянутся так долго, что, кажется, я успеваю поседеть. Лев кивает, неосознанно рисуя на белом столе неопределённую фигуру пальцем.

– Принято.

Он отключается и смотрит на меня.

– Будь готова через час.

Глава 12

Рассматриваю погромленный особняк, и слёзы подкатывают к глазам.

Родной дом, к которому прикипела за четыре года жизни в нём, стал частью меня. И сердце ноет от той картины, что вижу сейчас.

Он разгромлен. Ворота покорёжены, деревья пострадали от людских рук. Деревянные двери в особняк выбиты, давая проход каждому.

Полиция уже побывала здесь, судя по ленте, которой охвачена вся территория.

Становится плохо от одного только вида того, на что способны люди.