Жена по принуждению

Милан, показы, я на подиуме – все эти картинки трескаются огромными кусками стекла в моей голове. Падают вдребезги в темноту, рассыпаясь там на мелкие куски.

Я будто в кошмарном сне. Кто-то мешает мне спокойно жить, заставляет идти против Вернера. А он не желает верить моим словам. А это ещё больнее.

Потому что, блин, нравится он мне. Да только относится ко мне как к какой-то подстилке. Лишь бы трахнуть. Наказать.

Я ещё и… Беременна.

Прокручиваю это у себя в мыслях сотни раз.

Я ведь сама ещё ребёнок.

Мне двадцать четыре, и я не планировала так рано заводить семью. А здесь…

Нет-нет. Я не могу так. Это разрушит всё. Мои планы на будущее.

Но ведь… Но ведь…

Закусываю губу, боясь произнести это слово.

Есть аборт?

Если сделать его, то всё наладится. Я смогу исполнить свою мечту. Мне не придётся видеть растяжки на теле. У меня не будет впереди большого живота. И всё будет хорошо.

Я даже какое-то время смогу быть моделью для одежды для беременных… Но это не то, к чему я стремлюсь.

Но я не знаю. Не смогу, не решусь. Это ведь ребёнок. Маленький человечек. И хоть сейчас он совсем маленький… Я не решусь.

Но мне надо это сделать. Выбрать что-то одно.

Работа мечты, долгожданная цель, до которой шла столько лет сквозь столько проблем, давление матери, боли, или же… Семья. Полноценная, наверное. Если Вернер вообще примет этого ребёнка.

Господи.

Почему наваливается всё и сразу?

– Лина?

Голос Влада, как пощёчина. Хлёсткая, вразумляющая.

Летящая из ниоткуда.

Вытираю быстро щёки и бью себя по лицу. Я ведь вся красная! Нельзя, чтобы он видел меня такой! Не надо ему знать о беременности, которой потом может не стать. Мне нужно хорошенько подумать. У меня есть ещё время перед тем, как всё станет слишком поздно.

И сейчас… Я не в состоянии думать.

– Я сейчас, – выскакиваю из кабинки и надеюсь, что Влад будет выше того, чтобы зайти сюда. – Мне немного стало плохо. Скоро выйду, погоди.

Быстро умываюсь.

Не знаю, как скрыть красное лицо, поэтому иду так. Скажу, что нахлынуло. Не могла осознать то, что он мне верит.

Да, солгу.

Но так будет лучше. Для нас обоих.

Выхожу из уборной и останавливаюсь возле мужчины, отводя виновато и стыдливо взгляд. На Влада не смотрю. Кидаю единственные тихие слова, которые, надеюсь, он услышит:

– Давай продолжим наш разговор дома?

Вижу, как Влад кивает. Ничего не спрашивает. И за это я ему сейчас очень благодарна.