Ягодный возраст

Ужин прошёл относительно спокойно. Мне кушать не хотелось: сказывалось действие лекарства, а может, отсутствие за столом хозяина. Вадим веселился вовсю, но и он, в конце концов, начал капризничать, усталость брала своё. Мария Фёдоровна помогла его помыть, и уже на глубоко спящего малыша была надета пижама. Я бережно взяла его на руки и отнесла в свою постель, из которой Курочка в это время извлекла медведя.

День закончился. Мария Фёдоровна поставила на тумбочку блюдце, на ней стоял стакан с водой и рядом лежала таблетка.

– Доктор просил вас это обязательно принять перед сном, – сказала она. – Здесь, в тумбочке, вы найдёте всё необходимое. Спокойной ночи.

– Спасибо и спокойной ночи, – от души поблагодарила я её.

Мне не хотелось спать. Я открыла окно, которое одновременно исполняло роль двери, и вышла на огромную террасу, окружённую балюстрадой и спускающуюся каскадом мраморных ступенек прямо к озеру.

Дождь закончился, и от ночной свежести у меня закружилась голова. Сколько лет я не была на природе? Не считая, конечно, лесопарка напротив моего дома…

Я вдыхала полной грудью влажный воздух, наполненный запахом мокрой земли, листьев, цветов и самого озера.

Оно простиралось, как огромное чёрное зеркало, разрезанное пополам серебристой лунной дорожкой и обрамлённое чёрными на фоне неба деревьями, сливающимися друг с другом и образующими глухую стену. Полная луна была неправдоподобно огромной. Редкие чёрные тучи, бегущие по небу, обходили стороной её царственное величие. Было очень тихо, и лишь небольшой ветер, перебирая листвой, вызывал её тихий шёпот.

Ветер начал усиливаться, туч стало больше, они были более тяжёлыми, грозными и какими-то рваными. Луна, прячась за ними, казалось, недоумевала по поводу происходящего. Кроны деревьев, потревоженные надвигающейся грозой, начали возмущённо раскачиваться. Шелест листвы стал громче и тревожнее, к нему присоединилось постукивание ветвей. Резко похолодало, и, стоя в одной пижаме, я стала замерзать.

Ещё раз глубоко вздохнув, я вдруг замерла.

Что-то неуловимо изменилось в облике озера и парка, простирающегося у моих ног. Луна, скрывшись за тучей, не дала возможности понять, что именно. Я стояла, не шелохнувшись, стараясь даже не дышать. На один миг луна выглянула из-за тучи, и я поняла, что произошло. На берегу озера, почти у самой его кромки и буквально в двух шагах от балюстрады, стояла огромная чёрная собака и, не отрываясь, смотрела на меня, и – тут же набежавшая туча её от меня скрыла.