Любовники Камиллы

Она так долго держала их при себе, что они переплелись между собой, сплавились и превратились в кусок мутного стекла, который навеки поселился у нее в животе, изматывая до мозга костей.

Обведя взглядом спальню, Камилла вздрогнула и повела плечами. Сейчас она отдала бы все на свете, лишь бы остаться одной, чтобы собраться с мыслями и немного отдохнуть, но если бы герцогиня отпустила служанку и Аннет сразу после процедуры, через которую ей пришлось пройти, то это значило бы показать свою слабость. Она и без того едва не выдала себя сегодня, когда герцог сообщил ей о смерти господина Альфонса.

Охваченная горем, Камилла чуть не раскрыла тайную миссию Альфонса, миссию, которая и привела его к гибели. Впредь ей следует быть осторожнее. Она сохранит свое достоинство, а вместе с ним и свои секреты.

Тишину, воцарившуюся в покоях, нарушила Сильвия:

– Я принесу вам вина, мадам, а еще поищу льда, чтобы приложить к вашим кровоподтекам.

– Сядь, – приказала Камилла: метания Сильвии взад-вперед по комнате утомили ее.

Затем она перевела взгляд на умывальню, тщательно избегая смотреть на свое отражение в огромном зеркале в золотой раме. – Итак, что скажете, матушка Аннет?

Повитухе от роду было лет тридцать, постоянным местом ее работы был городской бордель, где она лечила порочных жриц любви от нехороших болезней и помогала им при родах, если таковые случались. Это была миниатюрная женщина с коротко остриженными волосами и обезображивающим лицо шрамом. Для своих тайных вылазок во дворец она облачалась в мешковатое серовато-коричневое платье – эдакий воробышек, случайно залетевший в золотую клетку и счастливо выбравшийся из нее, никем не замеченный, кроме двоих людей, Камиллы и Сильвии.

Герцогиня Камилла видела госпожу Аннет только в своих апартаментах и даже не знала, где та живет, поскольку ее приводила к ней Сильвия, когда возникала надобность. Однако Камилла вверяла ей свое здоровье и даже жизнь, иного выбора у нее не было.

– Вы не беременны, ваша светлость, – произнесла повитуха.

Ни один мускул не дрогнул на лице герцогини, но все же верная Сильвия встала со стула и снова подошла к своей госпоже, словно желая поддержать в нужную минуту.

– Я сильно пострадала? – ровным тоном поинтересовалась Камилла.

Матушка Аннет взяла лежавшее на столе полотенце и принялась яростно вытирать руки.

– У вас много ссадин и кровоподтеков, – сказала она.

Камилла чуть заметно повела бровью.