Дикая груша – лакомство Ведьмы. Сборник рассказов

Слюда блестела, когда на неё попадал свет лампы, вырисовывались причудливые всевозможные узоры, камень и правда был очень красив. Но главное было то, что на нём были начертаны какие-то знаки, такие же знаки попадались ему на острове средь озера. Внутри что-то подсказывало, что перед ним что-то важное, составляющая часть чего-то таинственного и сильного, но вот чего, понять этого он не мог. Он аккуратно вновь накрыл его сукном и пошёл, ёжась, в хату. Жена сквозь сон ворчала:

– У меня день рождения, гостей придёт полный двор, а ты ничего не сделал, надо же и птицу зарезать, да и других дел полно, небось, светает уже?!

– Не ворчи, всё сделаю вовремя, – сказал он, ложась рядом.

В голове кружилась мысль: «Надо маленько поспать, вот посплю чуть и управлюсь».

К вечеру пришли гости, в основном родственники жены, да кумовья.

Застолье было, как всегда пьяным и шумным, все говорили, перебивая друг друга, иногда пытались спеть, после нескольких попыток Радки всё же удалось организовать пение, пели про охотника за соболями.

У жены голос был не очень сильный, она больше подпевала, но зато так душевно, Влад любовался ею, а сам размышлял: «Вот выполню обещанное, и вновь в их семье будет тихо и уютно, как раньше». Будут они ходить также за реку на делянку, полоть огород, а после, разложив еду на траве есть и смеяться, когда птахи совсем уж близко подлетят, хватая крошки хлеба почти из рук. Так в мыслях и прошёл вечер, гости разошлись. Жена уснула быстро, уставши за день, он же взял курево и вышел. Весь двор был залит лунным светом. Влад присел на порог. От такого красивого вида он совсем успокоился, говоря сам себе:

– Ничего, всё будет хорошо, должно быть хорошо! Шли дни, Човырёвы жили как прежде, занимались хозяйством да огородом… Последнюю неделю все хуторяне были на покосе, надо было быстрее управиться, пока погожие дни стоят. Как то вечером мужики возвращались с покоса, шли, разбившись по два, по три, последними шли Влад с соседом Тимохой. На окраине хутора Влада окликнула девочка, стоявшая поодаль.

– Дяденька, дяденька, тут вам передали, – и протянула узелок. Пока он развязывал, девчушка убежала.

– Тимоха, чья девчонка-то, не знаешь?

– Точно не припомню, по-моему, Шареевых, такая же, рыженькая.

Развернув узелок, Влад изменился в лице, перед ним было несколько небольших пузырьков разного цвета, и береста, скрученная в трубочку, перевязанная чёрным шнурком, он сразу понял, кто их послал.