Внебрачный сын олигарха

Я чувствую, как щёки вспыхивают, покрываясь ярким румянцем. К счастью, из-за приглушённого света этого никому не видно. Компания за столиком травит профессиональные шуточки, весело смеясь и в перерывах поглощая изысканные блюда.

Меня отвлекает голос коллеги, сидящего справа. Он начинает рассказывать какую-то забавную историю из жизни компании и уже подходит к кульминации, но резко замолкает, переводя взгляд мне за спину.

– До чего же сладкая парочка! – неожиданно выдает Ира, кривя рот в неестественной улыбке.

В голосе проскальзывают нотки сарказма, а по реакции других коллег за столом сам собой напрашивается вывод и об их отношении к Кириллу с Олесей.

– Работает здесь? – прищуриваюсь я, отпивая из своего бокала.

– Что ты! Боже упаси! – со смехом произносит мой сосед. – Эта дамочка не создана для работы, посмотри на неё.

Я украдкой разглядываю девушку, которая практически висит на Кирилле. Олесе даже не надо открывать рот, по одному выражению её лица ясно, что она из себя представляет.

Циничная стерва. Единственная дочка богатых родителей, на которую им глубоко наплевать. Её образ расфуфыренной куклы, к несчастью, и обусловлен полным безразличием со стороны близких людей. Это печально, учитывая, что Леся очень красивая девушка с правильными чертами лица.

– Арина, может, потанцуем? – предлагает коллега.

– С радостью! – Я вкладываю ладонь в его руку, и мы вместе перемещаемся в середину зала.

Уже через секунду на танцполе становится тесновато. Не понимаю, что мной движет, но я не могу перестать наблюдать за «сладкой парочкой».

Воскресенский предлагает руку Олесе, и они выходят в центр, располагаясь через пару от нас. Кирилл не был бы собой, если бы остался сидеть на месте. В прошлом его невозможно было вытащить с танцпола, поэтому его частенько называли «королём танца».

Мне становится душно. От количества людей и от воспоминаний. Извинившись перед коллегой, я быстрым шагом удаляюсь из зала. Быстро двигаюсь в сторону уборных, не замечая, что кто-то идёт за мной следом.

В конце коридора вижу приоткрытую дверь, ведущую на улицу, и устремляюсь к ней.

Останавливаюсь и перевожу дыхание. Я думала, что избавилась от этого наваждения, вылечилась. Но почему тогда мне так трудно вынести его присутствие в обществе другой женщины?

– Арина? Ты в порядке?

– В полном, – уверенно отвечаю, удивлённая появлением Воскресенского. – В ресторане слишком душно и шумно. Захотелось выйти на улицу.