За бродячим подсолнухом. Сказочная повесть

И вдруг самая маленькая, но самая зоркая хлебная мышка заметила у края стола ладошку.

– Гляди, кошка, вон ладошка! – закричала она своей хлебной кошке, подергав её за хлебный хвост.

И хлебная кошка мяукнула своей хлебной крошке:

– Гляди, крошка, там ладошка!

А хлебная крошка побежала, покатилась и спрыгнула в эту ладошку. И другие крошки посыпались за ней. И за каждой хлебной крошкой бежала хлебная кошка. И за каждой хлебной кошкой бежала хлебная мышка. И все они посыпались в подставленную ладошку.

И ладошка наполнилась хлебом.

И стала хлебной ладошкой. Она была мягкой и тёплой, так что хлебные крошки, хлебные кошки и хлебные мышки все перемешались и снова почувствовали себя хлебом.

Ладошка подняла всю хлебную компанию, как на лифте, к лицу девочки, стоявшей у стола. Девочка не хотела выбрасывать крошки. Не хотела, чтобы они пропали зря. Но прежде, чем отправить их в рот, она заглянула в свою ладошку, присмотрелась и прошептала:

– Хлебные крошки, хлебные кошки, хлебные мышки…

И хлебный народец отправился помогать человеку жить.

Жизнь хлеба

После этой сказки все с интересом поглядели на хлебную крошку, которая казалась такой одинокой на широкой ладони Манной Тёти. Кю даже спросила у неё, не зная, правда, услышит ли она ответ:

– Ты что, в самом деле жалеешь, что тебя не съели? Совсем не боишься съедания?

У хлебной крошки оказался очень даже звонкий голосок:

– Конечно, не боюсь. Я только и мечтаю об этом!

– Как так? – недоумённо помотал головой Айн.

– А как же иначе?.. Вам я, может быть, кажусь маленькой, а на самом деле я вполне взрослая крошка. Я помню всю свою хлебную жизнь. Как я вместе с зерном созревала, качаясь в колосе под ветерком, как нас собирали и молотили. Как мы долго в хранилище лежали. Как потом в муку мололи – ого-го!.. – а муку в тесто замешивали. Тогда всё загадочно было: что это с нами творится?.. Как потом пекли – ух, жарко было!.. Зато когда мы все хлебом себя почувствовали – пушистым, ароматным, – тогда стали понимать, что не зря всё было… А когда мы, крошки, остались на столе после того, как хлеб съели, знаете, как нам не по себе стало? Маялись, бегали, в хлебные кошки-мышки играли… А потом мне снова не повезло.

Со стола упала, в мусор попала, на улице оказалась, зачерствела… Кто меня теперь съест?..

– Да, понятно, – кивнул Айн. – С земли, конечно, есть нельзя.

– А я бы всё равно не смогла, даже и не с земли, – растерянно сказала Кю. – Она же разговаривает!..