Среди непростого. Сказки-крошки о вместе и порознь

Вдруг вы искатель сокровищ и кокните бюстик? Вдруг там брошь? Не вздумайте только здесь колоть, а то или сами расстроитесь, или меня расстроите, если брошь обнаружится. Но не верю в это… Покупаете? Ну, гора с плеч!..

И, подождав ухода покупателя, обернулась к мужику, сидящему неподалёку:

– Чудесно работает!.. Давай десятый бюстик.

Обиженный обидчик

Он был высококвалифицированным обидчиком, этот Сорин. Умел обидеть и словом, и делом.

Вот только очень возмущался, когда кто-нибудь обижал его самого.

Сорин считал, что при этом покушались на его мастерство обиды. Или подражали его мастерству – или, что было ещё возмутительнее, придумывали что-то своё, противоречащее всякому искусству обижания.

А когда один наглый мудрец сказал ему с едва заметной издевательской улыбкой: «Эх, не умеешь ты человека по-настоящему обидеть», – Сорин так оскорбился, что потерял дар речи. И решительно забросил практику обижания.

Так и утратил – без практики – свою высокую квалификацию.

Увесистый Трамба

Трамба был о-о-очень большим и тяжёлым.

И любил выполнять самую весомую работу: лечь на что-нибудь мягкое, но взъерошенное, и полежать на нём как следует.

Взъерошенное становилось – как миленькое – компактным и приглаженным. Особенно если Трамба засыпал на нём (в качестве рабочего перерыва).

Любил Трамба свою основательную работу!..

Между прочим, отсюда и возникло слово «трамбовать».

Боксёр-визажист

Бабахов был мастером спорта по боксу, но по призванию визажистом.

Он терпеливо работал над лицом соперника на ринге, хотя раздражался, если тот мешал. Иногда и в нокаут посылал, завершая поединок.

Он признавал визаж, но не макияж, предпочитая естественные средства создания образа. И пользовался большим спросом на киностудиях. К нему посылали брутальных актёров, принятых на роли бандитов или боксёров, с указаниями, какие черты персонажа нужно подчеркнуть.

После спарринг-поединка и быстрого подлечивания актёра допускали к съёмкам с обязательством сохранять лицо.

Режиссёры были очень довольны работой Бабахова. Актёры утешались гонораром.

Сам Бабахов радовался щедрой оплате и своему имени в титрах.

Кащей Бессметный

Работал издавна в одной крупной организации легендарный бухгалтер по прозвищу Кащей Бессметный. Никто, кроме кадровика, даже не знал его настоящих имени-фамилии.

Прозвали его так потому, что умел он вполне законно выйти за рамки любой сметы.