Символы тьмы

Вот, смотрите, здесь все написано…

– Ты не виноват. Они что-то напутали, когда принимали заказ. Поехали в офис, обменяем игры, – сказал Смех и направился к выходу.

– А кто мне заплатит за то, что я привез эти игры?

– Не волнуйся… – сказал Смех, достал из кармана крупную купюру и показал пареньку. – Получишь, когда я обменяю игры.

Паренек улыбнулся и пошел следом за ним. На улице он проводил Смеха к машине. Смех сел в «Элегию», взялся за руль, и машина завелась.

– Вас все равно не пустят в офис, – сказал паренек, оставаясь стоять около машины.

– Кто не пустит? – спросил Смех, предполагавший пройти в офис вместе с курьером.

– Охранник. Он сидит при входе.

– Ваш офис на первом этаже? – спросил Смех, обдумывая, как ему действовать.

– На втором, – с добродушной улыбкой ответил курьер.

– На втором этаже влево или вправо? – спросил Смех.

– Прямо. Там еще один охранник, – засмеялся паренек. – Вам туда не пройти. Два дня ходить будете возле – никто не пустит. Я могу вам сам поменять, – предложил паренек.

– Товарообмен я совершу без посредников, чтобы избежать ненужной путаницы и неразберихи, – сказал Смех и, представляя то, что он намерен сделать, внутренне рассмеялся.

– 

Езжайте за мной, – сказал паренек.

Он подошел к мотоциклу, стоявшему у входа в ресторан и надел шлем. Через секунду мотоцикл с рычанием рванул с места. Смех двигался следом, удерживая мотоциклиста в экране лобового стекла. Курьер затормозил у пятиэтажного здания.

– Здесь… – сказал сам себе Смех, прочитав на табличке название улицы, и нажал на тормоз.

 – Адрес правильный.

Смех выпустил из рук руль – мотор заглох. Он вышел из «Элегии», отдал обещанную купюру парню и сказал категорично:

– Теперь уходи…

– Почему? – спросил паренек. – Я пойду с вами.

Смех поправил галстук, темные очки на лице и энергично направился к входу. Он чувствовал себя заряженным пистолетом или крупнокалиберным пулеметом. Остановить его мог только огневой залп ракетной установки.

Смех миновал охранника словно ветер, и так быстро, что у того слетела на пол фуражка, которую он бросился ловить двумя руками, словно мальчик бабочку. Когда он ее поймал двумя руками на полу, Смех уже был на втором этаже.

– Туда нельзя… – ему вслед крикнуть охранник, надевая слетевшую фуражку.

На втором этаже дорогу в холл ему преградил другой охранник. Весь такой накаченный и напряженный, как презерватив в деле, и с видом – фиг прорвешься.