Возраст – преимущество

– Как ты, говорю, Захар?

– Да все нормально, – взглянул я на партизан, – спасибо, едва пулю не словил.

– Да не за что, – отмахнулся Матвеич. – Ты это, часто так?

– Что? – не понял я.

– С ума сходишь?

Это он о чем? Я непонимающе поглядел на партизана, а он добавил:

– Видел бы ты себя со стороны.

– Да что такое-то? – взбрыкнул я.

– Я думал, видел, как умеют драться с ножом, признаюсь, не хотел бы стать твоим врагом, – вступил в разговор Семен. – Тебя даже не видно было, как молния какая-то! Вжик-вжик, и все вокруг в крови.

Ты на себя в зеркало глянь, как вампир какой-то!

– Лучше бы ведро воды дали, чем упрекать, – фыркнул я, – кончили бы этого козла, чего на него любоваться?

– Этого надо с собой тащить, хорошо хоть недалеко осталось, знает кое-что, – заключил Матвеич.

– Как хотите. Где тут колодец?

Меня проводили к соседнему дому, тут находился общий колодец, хотя, думаю, частных тут и нет вовсе. Мужики набрали ведро ледяной воды, и не успел я начать умываться, как подбежала мать девочки.

– Я увела ее в дом, мальчик, что же тебя тут ледяной водой мыть собрались, пойдем скорее ко мне в хату, я тебе вынесу два ведра, утром набирала, нагрелись уже.

Я послушно побрел за женщиной, думая о своем. Как-то резко мне башню сорвало, что это было вообще? Я чуть не на стволы полез с ножом… Тревожно как-то, с головой что-то случилось, что ли?

Женщина и правда вынесла мне вполне теплой воды, дала какую-то ветошь, я распознал в ней мочалку.

Хотел умыться сначала, но Матвеич поднял одно ведро и предложил полить на меня.

– Ты бы разделся, я тебе одежку сейчас из сыновней подберу, осталась у меня, – вновь подала голос женщина.

Я послушно разделся, оставшись в одних черных трусах, а Матвеич начал лить мне на голову воду. В голове словно прояснилось, я задвигал руками, пытаясь разодрать склеившиеся волосы, нехило меня так кровушкой залило. Семен тут же протянул кусок мыла, маленький, остаток, наверное, откуда и взял-то?

Двух ведер вполне хватило, женщина и правда принесла мне какие-то штаны, вполне крепкие на вид, рубаху и курточку.

Но главное, она подала мне белоснежное полотенце, которым я с удовольствием вытерся.

– Спасибо тебе, парень, как же ты вовремя! – проговорила мама девочки, когда я оделся и наконец, пришел в себя. – Дочка в порядке, отошла, говорит, что не успели снасильничать. Ой, если бы не вы, хлопцы, что бы они с ней сделали… – и женщина разрыдалась.