Радиация и лёд

Наверное, у него выросли лишние зубы, которые сильно мешают.

– Ах ты падла! – поднимаясь, процедил Лысый.

– Тихо! – выпалил Синий.

– Хватит с него, Макс, – поддержала Алина, стоящая в нескольких шагах от нас с бутылкой воды в руках.

– В город приедем, и ты мне за всё ответишь, ублюдок! – прорычал Лысый и сплюнул на землю.

– Иди в другой фургон, – приказал ему Синий. – А Факелу передай, чтоб занял твоё место. Уяснил?

– Да, – рявкнул тот и поплёлся к грузовику, не забыв напоследок окинуть меня злобным взглядом.

– Ты тоже, Макс, будешь вестись на провокации – лично тобой займусь, – предупредил Синий.

Я лишь пожал плечами, словно вообще тут не при делах.

– Макс, – Алина дотронулась до моего плеча. – Спасибо, что заступился.

– Что же касается девушки – продолжил говорить Синий, – то, кому она будет принадлежать, решится в городе, по нашим законам.

– А? – мы оба уставились на него.

– Это ты сейчас о чём? – проговорил я, машинально приближаясь.

– Тише. Не делай глупостей – Синий посмотрел мне в глаза.

 – Раз уж вы поехали с нами, то будете вынуждены принять наши правила и законы. От этого никуда не деться.

– И какие же у вас законы? – возмутилась уже Алина.

– Вам всё расскажут по прибытии, – отмахнулся он. – Ничего такого сверхъестественного, обычные человеческие правила. Мы же не звери. – Закончил он и отправился к первому фургону.

Во время пути мы ещё раз пять пытались выведать что-нибудь о законах их города, но каждый раз нам отвечали, что по прибытии мы всё узнаем.

Я не спрашивал разве что у Лысого.

На последних остановках земля вокруг перестала быть безжизненной, чёрной. Под ногами зашуршала редкая трава. И чем ближе мы подъезжали к городу, тем больше растительности встречалось на остановках.

Вскоре фуры свернули с просёлочной дороги на старый асфальт. И к вечеру мы въехали в поселение, огороженное высоким частоколом. Грузовики остановились посреди асфальтированной улицы, по обе стороны стояли либо старые кирпичные дома, либо новые на вид – деревянные.

Редкие фонари освещали темнеющую округу.

Я выбрался из кузова и помог слезть Алине. Пока перед нами выходили остальные, Синий успел отыскать старушку лет семидесяти.

– Алина, это Тётя Клава, она у женщин старшая. Покажет тебе всё и расскажет, – представил её Синий. – Выделите новенькой комнату? – он обратился к угрюмой старушке.

– Выделим. Тонька неделю назад скончалась от родов, вот её комнату и отдам.

Синий одобрительно кивнул.