Метель

 – Того, что француз Фальконе на площади Сенатской поставил.

– Расскажешь? – пряча слишком явно прорезавшийся интерес, спросил пан Рыгор.

Уже потом, по дороге домой, Невзорович, вспомнив разговор с паном Негрошо, сказал камердинеру:

– Мне тут вчера про тебя, Данило, пан Рыгор кое-что порассказывал…

– Что ещё? – недовольно пробурчал Карбыш (не очень-то любил отставной улан вспоминать военное прошлое), хотя и поглядел хитро.

– Про то, как вы с батюшкой на Гаити геройствовали.

– Где? – искренне изумился Данила, и Глеб невольно растерялся – неужели врал пан Спакойны? Вроде бы нисколько не Мюнгхаузен и даже не Радзивилл, который Пан Коханку.

– Гаити, – повторил он озадаченно. – Остров…

– А! – протянул Карбыш, морщась и заметно бледнея, и панич понял – камердинер (а тогда – отцов денщик) просто не знал, как называется этот остров. Да и правда – какая слуге разница, как называется остров, где им с господином пришлось воевать. Удалось унести ноги – и добре! – Та преисподняя… истинный ад, прости, господи, – он размашисто перекрестился, передёрнул плечами.

Вот и пан Спакойны, похоже, плохо спит, – подумал Глеб, чуть покусывая губу.

4

К топоту двух коней примешался далёкий дробный цокот копыт идущего вскачь рысака. Глеб очнулся от наползающей поневоле дрёмы и выглянул в окно кареты, завертел головой, пытаясь уловить, откуда доносится цокот.

Да вот же он!

Всадник мчался от лесной опушки, стелился вдоль межи, и зелёная ещё рожь скрывала гнедого коня почти до самого брюха.

Невзорович безошибочно определил, что всадник встретится с каретой не раньше, чем кончатся поля, если конечно, он не захочет топтать посевы. Шляхтич покосился в сторону висящей на крюке перевязи – две кобуры с заряженными пистолетами, выхватить – пара мгновений, если понадобится. Порох на полке и капсюли он проверял утром, отсыреть не должны.

Мало ли кого встретишь в этой глуши.

Минск они миновали стороной. Данила в ответ на приказание господина только насмешливо хмыкнул, но спрашивать ничего не стал – не было у него такой привычки. Не стал он и напоминать о том, что они вроде как едут в Минск для того, чтобы забрать из базильянского монастыря Агнешку – на каникулы в Волколату.

Очень удобно, что пан Довконт согласился на то, чтобы Глеб сам съездил за сестрой.