Плацдарм в захолустье

Кают-домов, защитных сетей, даже зелёной поверхности не было: внизу чернело большое углубление, словно нечто гигантское в неистовстве уничтожало следы их пребывания.

По очереди заглядывали в шлюзы остальные; кто на несколько мгновений, а кто и приникнув надолго, и молча отодвигались. Только Радж, не удержавшись, сказал:

– Когда трирог падает, углубление несравнимо больше…

– Трирог – один, – откликнулся Садж. – А если много, пусть даже не таких больших…

– Во всяком случае, это не следы оружия, – оптимистично произнёс Силадж.

И сделал вывод: – Из разумных – мы, очевидно, одни на этой планете.

– Это радует, конечно, переселенцам будет проще… Но насколько они неразумны? – выразил сомнение Радж, пытаясь представить размеры ночных гостей.

– Не обязательно быть большим, чтобы творить разрушения, – сказал Блуждающий и приказал: – Всем по местам. Будем искать новое место.

Он включил обзорный экран, и теперь вся команда могла созерцать проплывающую под ними поверхность.

Насколько хватало глаз, простиралась густая растительность. Отсюда, с более низкой, чем с корабля, высоты картина была иной: деревья – выше, кроны – не так плотны, водные рукава – шире, и всё вместе в лучах уже набравшего силу Сонжа слепило изумрудным, с блёстками, цветом.

Помедлив, Блуждающий установил курс на полюс, помня благодатность именно северной части родной планеты. Он первым увидел вдали вздымающуюся горную гряду, и возглас Тонжи отвлёк его от созерцания приближающегося горизонта.

– Что это?

Он окинул взглядом более близкое пространство и увидел под шлюпкой, возле речного разлива, скопище чудовищ. Они ненамного уступали размерами детёнышу трирога, но совсем не были похожи на червеобразных и медлительных гигантов их планеты: казалось, среди деревьев вырос пучок гигантских живых растений, которые, раскачиваясь, тянулись вверх, раскрывая пасти, увенчанные зубами, способными пережевать даже их шлюпку. А над ними носилось нечто большекрылое, также никогда невиданное раджинцами.

Рядом и ниже длинношеих передвигались приземистые животные, с торчащими во все стороны шипами, и ещё какие-то, помельче. И всё это сверху было похоже на страшный водоворот раскрытых пастей, обрубленно падающих шей…

– Это… охота… – выдохнул Радж.

Блуждающий открыл звуковой шлюз, и в шлюпку ворвался невообразимый гомон, предельно наполненный убийственной агрессией. И он тут же закрыл его.