Не только еда. Книга первая. Часть первая

Переставив заблокировавшуюся механизмом стрелку, покрутив её в другую сторону, он на всякий случай задал на этот раз не десять, а пять минут, и, положив рядом с ним на всякий случай подаренный ему нож «Вятич», он снова лёг в кровать.

Через некоторое время он провалился в это своё странное состояние и осторожно мысленно позвал:

– Водитель! Ты здесь?

– Тут я! – радостно ответил ему знакомый голос. – Как сам-то? Живой?

– Да вроде нормально. Будильник зазвенел. Я проснулся от него. А что это было? И кто ты?

– Имена здесь нельзя говорить.

Отдашь имя – отдашь себя, и поминай как звали. У тебя сейчас будильник снова заведён?

– Конечно! На пять минут.

– Давай, переставь его скорее хотя бы на полчаса. А лучше – на час. Нам нужно время. И скажи, как тебя звать. Только имя своё не называй никому! Это важно!

– Ну, пусть будет Вятич, – немного замешкавшись, выдал он первое, что пришло на ум.

– Оригинально! Как снова здесь окажешься – снова меня позови, я здесь буду. Зеркал, кстати, у тебя в комнате нет?

– Есть одно, на дверце шкафа.

А что?

– Занавесь его. Только плотно! Это важно! И всегда занавешивай зеркала, прежде чем сюда ходить! И оденься. И в одеяло потолще завернись.

– А что тут такое… – начал было Вятич, но тут вдруг внезапно зазвонил будильник, и он проснулся опять.

Он выключил его и задумался.

Зачесалась нога.

Хмуро поскребя голень ногтями, он решился, открыл дверцу шкафа, накинул на неё плед так, чтобы зеркало было закрыто, быстро запрыгнул в лёгкий спортивный костюм, переставил будильник на час вперёд и плотно закутался в одеяло, вновь возвращаясь в то состояние, о котором ничего не знал.

– Водитель! Ты тут? – позвал он, уже с некоторой долей привычки очутившись в кромешной тьме.

– Здесь я, – ответил голос. – Как, ты говоришь, тебя называть?

– Вятич, – ответил парень, и тут же у него возникло ощущение захватывания дыхания, как будто он летит вниз на сильно раскачавшихся качелях. Внезапно он оказался в какой-то затхлой комнате без окон, с каменными стенами, простой деревянной кроватью, парой табуретов и парой подсвечников на столе.

Свечи в подсвечниках не горели, но в комнате было странным образом светло, хотя источников света парень никаких не нашёл. На кровати сидел незнакомец лет двадцати-двадцати пяти, худощавый, с почему-то седыми волосами. Одет он был в обычную одежду «кроссовки/футболка/джинсы», с выполненной в форме модного потёртого оттиска эмблемой на тёмно-синей футболке.