За горизонтом

Далее – совершенно ясно, что в шаре заложен набор заклинаний, который и превращает убитого в такого вот «неупокоенного». Шар пускает отростки, которые пронизывают, очевидно, все тело этого существа – те самые желтоватые ниточки. Они заменят ему нервную систему, кровообращение и прочее… Я думаю, что в этом вы убедитесь сами. Без меня. Вроде все?

– М-да, – в который уже раз промямлил Гезнур, – а что вы скажете относительно его боевых качеств? Четверо моих самых сильных латников едва управились с ним… Армия таких, как он…

Граф выжидательно смолк, уставясь на наемника.

Конечно этот вопрос волновал его куда больше технологических тонкостей производства зомби.

– Что касается его боевых качеств, то… Четверо сильных людей – совсем не обязательно. Достаточно отрубить ему голову – верно, мастер?

Цирюльник, палач и т. д. горделиво осклабился.

* * *

Я вышел в «предбанник», где дремали двое стражей в кожухах и в стороне от них угрюмо подпирала стену мрачная Ннаонна – еще более бледная, чем обычно.

– Ну, чего там было? – спросила она, едва я вышел из камеры.

– Да ну их, надоело, – мне не хотелось разговаривать при солдатах, – пойдем отсюда, а? По дороге расскажу… Устал я чего-то…

Я в самом деле чувствовал себя уставшим. И ужасно хотелось спать… Ннаонна тут же с готовностью вынула из кольца в стене один из факелов и бодро затопала по лестнице наверх. Я поплелся следом. У выхода в галерею первого этажа здания мы миновали еще четверых солдат в бело-зеленом, они проводили нас мрачными взглядами.

А выйдя во двор замка, я с удивлением обнаружил, что уже светает. Почти целая ночь пролетела незаметно – мне-то казалось, что все длилось пару часов. Неудивительно, что я так утомлен – ведь пока шло «представление», меня поддерживали заклинания, а теперь на обычную усталость наложился отходняк после использования магии…

Мы с Ннаонной потребовали у стражников подать наших лошадей и раскрыть ворота. Они поворчали, что, мол, ночь, что до рассвета не велено открывать… но все же нас выпустили наружу.

Наверное, это должно было говорить о том, что Гезнур распорядился нам во всем угождать? Пожалуй, так.

Едва створки ворот сомкнулись за нами, вампиресса, хранившая до сих пор молчание, тут же промолвила:

– Ну, рассказывай! Что ты выяснил?

– Да мне все увиденное нужно хорошенько обдумать, прежде чем…

– Тебе вечно нужно «обдумать». Давай, рассказывай!

– Ну что рассказывать? Ты же все видела… Вернее, слышала.