За горизонтом

Объективная реальность, данная нам в неприятных ощущениях. Если бы я просто был равнодушен к ним – такое воспринималось бы с благодарностью. Но доброе отношение повергало моих вассалов в священный трепет. Я не хочу сказать, что меня это расстраивало – в общем-то правитель и военачальник должен приветствовать, если подданные трепещут перед ним, но… Это дело принимало такие… сакральные, что-ли, формы. С другой стороны по отношению к королю-демону – может быть, нормально?

И тем более интересно, что все повторилось вновь – едва я стал капитаном наемников.

Мои премии и доброе отношение солдаты воспринимали с недоверием, хотя братские отношения внутри отряда – кажется, обычное дело. Вероятно, я где-то перегибаю, капитану так не подобает… И что-то, видимо, есть такое в людях Мира… Вот северяне – другое дело. Не понимали – но и не боялись. А впрочем, к Гангмару эти умные мысли… Спать!

Отчаянно зевая, я поплелся в свою комнату…

* * *

Мне все-таки удалось выспаться, даже граф Гезнур прислал за мной уже ближе к вечеру.

Должно быть, он и сам отсыпался после веселой ночки. И то сказать – я уже отправился отдыхать, а у него работа только начиналась. У него и его веселых подручных.

Итак я благополучно дрых до полудня, затем все же заставил себя встать… Я совершенно не чувствовал себя отдохнувшим и башка болела невыносимо. Да и вообще – во рту пересохло, ноги подгибались – все симптомы похмелья. Или последствия вчерашних магических упражнений.

Вероятно, мое состояние отражалось на внешности – во всяком случае Никлис, едва увидел меня – сразу предложил рассольчику. Я понял, что ничто не разубедит моего сержанта, решившего, что мы с графом всю ночь пьянствовали… Из своего «номера» показалась Ннаонна.

– Ну, чего надумал? – поприветствовала она меня, – поступаем к графу на службу?

Я ее прекрасно понимал. Только недавно ей открылась тайна происхождения Семьи вампиров, а теперь перед ней реальная возможность побывать на «исторической родине», прикоснуться, так сказать, к легенде… Зато меня такая перспектива не грела.

Несколько солдат, оказавшихся в коридоре, остановились чуть поодаль и с отсутствующим видом стали прислушиваться, дожидаясь моего ответа… Я постарался принять позу спокойного равнодушия и буркнул:

– Потом поговорим… Мне еще многое в этой истории не ясно. Никлис, сообрази-ка пожрать, а потом посоветуемся.