Шаль ламы. Повесть и рассказы (с иллюстрациями автора)

Для непосвящённых скажу, что требуха – это обрезки внутренностей коровы (кишечник, лёгкое, сердце и т.п.).

Вино было двух видов – белое и красное. Главным атрибутом стола являлось белое вино, то есть водка. Иногда, для дам, ставилось красное вино, недорогое креплёное. О водке нужно сказать особо. Она тоже была двух видов – «красная головка» и «белая головка» – по цвету отдирающейся с бутылки металлической крышки. Вторая считалась более дорогим деликатесом и появлялась на столе не часто.

Между тостами говорили о том, о сём.

Содержание застольных бесед сейчас вспомнить уже трудно. Недопить налитую в рюмку водку или вино считалось большой провинностью. Часто этим грешила «интеллигентная» Нюра. Тогда неизменно раздавался голос двоюродной сестры-подростка Тани:

– Тётя Аня! Нельзя оставлять недопитое. Это слёзы, слёзы!

Кульминацией уже хмельного застолья всегда было хоровое пение. Репертуар его не велик, но душевный. Запевала и вела пение всегда самая звонко голосистая Катерина. Особенно любимыми были песни с байкальской тематикой и ямщицкие.

Зато в словах этих песен появлялась своя «изюминка» и неизвестные персонажи. В песне про Байкал звучало:

«Эй, брат-грузин, пошевеливай вал…» – откуда в семье тёти Кати могли знать про реку Баргузин и одноимённый ветер, гнавший байкальскую волну? Им и не нужно было. Какой вал «пошевеливал брат-грузин» – тоже не важно.

Или из другой песни:

«И колокольчик, шар болтая, звенит уныло под дугой» – это ясно-понятно, а город Валдай и знаменитые валдайские колокольчики, «дар Валдая», им были неведомы.

Зато душу трогало и сердце волновало. Не будем к ним слишком строги.

В хмельных беседах обычно доминировал дядя Вася.

Исконный деревенский житель, он в зрелые годы женился на тете Кате, будучи заметно моложе ее, и стал типичным пролетарием. Всю последующую жизнь отработал слесарем высокого разряда на каком-то секретном авиационном заводе. Мог своими руками делать и делал любые металлоизделия, обеспечивал всю родню нержавеющими кухонными ножами и т.

 п. Нужно сказать, что он был на все руки мастер. Это без шуток. Хорошо помнил свои деревенские навыки: чинил обувь, плёл корзины, хорошо владел кирпичной кладкой и многим другим – всего уже не упомнить.

Но больше всего славился дядя Вася житейской мудростью и педагогическим навыком. В этом равных ему не было. Когда, спустя годы, Влад знакомил семейство тёти Кати со своей юной женой из интеллигентной московской семьи, все изумлённо молчали.