Богиня Грецкая

Превратившись из идейного комсомольского вожака в преуспевающего бизнесмена.

Полностью тараканы, конечно, не исчезли. Но былую активность поубавили основательно.

В компанию Коровина и Тарасюка я вписывался на правах условной и нерегулярно пьющей единицы. То есть если я был рядом, меня безоговорочно усаживали за стол. Но и мое случайное отсутствие особо не угнетало.

Саня Берестов навещал нас со светлыми намерениями отдохнуть душой. Они с матерью занимали комнату в коммуналке на другом конце города. Условия для продуктивной учебы и минимальной личной жизни там отсутствовали напрочь.

А общежития ему не полагалось из-за наличия местной постоянной прописки.

Он объяснял матери, что ходит к нам заниматься. Какая-то часть истины в этих словах все-таки присутствовала. В том плане, что наши разговоры изредка касались и лингвистических проблем.

– Представляете, – делился я, – министерство образования Грузии рекомендовало изменить школьный курс русской литературы. В частности, больше внимание уделять творчеству Михаила Юрьевича Лермонтова.

Поскольку поэт им почти родной – воспевал Кавказ и все такое прочее. Тбилисской писательской организации заказали срочный перевод поэмы «Демон» на местный язык. А там в тексте слова: «Недолго продолжался бой: бежали робкие грузины». И в союзе писателей возник жуткий спор – как эту строчку переводить. «Бежали смелые грузины» или «Бежали храбрые грузины»? Дело почти дошло до смертельных обид и кровной мести. Пока они не приняли решения, которое предложил самый мудрый аксакал. И которое всех устроило.

– Что за решение? – живо интересовался Саня.

– Они перевели эту строчку как «Бежали робкие армяне»!

– Фигня… – пренебрежительно отзывался Тарасюк. – Лермонтов, Шлермонтов… Вот у меня был знакомый, так он на спор бутылку портвейна из горла выпивал на пять секунд быстрее, чем она сама оттуда выливалась. Мы специально время засекали.

Коровин солидно подводил итог неудавшейся дискуссии:

– По-моему, тут душновато.

Надо пойти прогуляться. Заодно купим водки, смешаем с соком.

– С каким соком?

– Каким-каким… Желудочным, каким еще?

Торжественных приемов в честь появления Берестова никто, конечно, не устраивал. Но макароны иногда варили. Особенно те, что приносил сам Саня. Он примерно догадывался, чего друзьям не хватает до полного счастья.

Процесс отваривания таил определенные нюансы.

Сначала нужно было отыскать и помыть нашу единственную кастрюлю.