Гражданин начальник

Когда подойдет троллейбус, попроси водителя задержаться, заберись на крышу и сними место происшествия. Понял, да? Дальше… Что было перед глазами у преступников в момент выстрела. И еще – что видел пострадавший, какой вид открывался перед ним.

– Это же на два дня работы, Паша! – в ужасе воскликнул Худолей. – Это для целой бригады экспертов… Это…

Пафнутьев терпеливо молчал, глядя на Худолея, и тот остановился сам. Открыл сумку, вынул фотоаппарат, повертел его в руках, будто не мог понять – что это за штуковина такая?

– Ладно, – сказал.

 – Я попробую…

– Виталий! Пробовать не надо. Одна попробовала…

– И что? – с интересом спросил Худолей.

– Сам знаешь. Она была очень озадачена результатами своих проб. – И, не слушая жалобных причитаний эксперта, Пафнутьев зашагал к переулку. Оперативники потоптались, переглянулись и потянулись за ним.

– Паша, – не выдержал один из них, – нам за тобой идти или как?

– Вы уже были здесь? – обернулся Пафнутьев.

– Да нет, дело в том, что…

– Почему?

– Тебя ждали, Паша! Мы подумали, вот придет товарищ Пафнутьев, во всем разберется, даст задание… Тебя ждали.

– Зачем?

– Ну как… Я же сказал… Чтоб все было по порядку.

– А мороженое где брали?

– Ну как где… Купили… В киоске продавали. На той стороне площади. Там, у сквера… Наверно, уже кончилось. Жара…

– Значит, за мороженым смотаться успели, сообразили и меня дожидаться не понадобилось? Ладно, начинаем… Осмотреть переулок, опросить жителей. Тут живут частники, они встают рано, могли видеть мотоцикл… Кто на нем ехал, куда, где свернул и в какую сторону.

Может, по дороге с него кто-то соскочил или на него кто-то вскочил, может, они раньше этот мотоцикл видели или знают, кто его хозяин… И так далее. Ясно? Вперед. Виталий! – крикнул Пафнутьев, обернувшись к эксперту. – Хватит стонать, иди сюда… Пейзажи снимешь потом, в нерабочее время. Твоя задача – пройти по проезжей части переулка. Видишь, асфальта нет, дорога грунтовая. Где-то наверняка отпечатались колеса. Понял? Не может такого быть, чтобы после убийства у них руки не дрогнули. А если дрогнут, то обязательно съедут с наезженной колеи. Смотри, вот тебе для начала! Едва свернули с улицы, как тут же выехали на пешеходную дорожку… Видишь? Ну, скажи хоть – видишь?! – закричал Пафнутьев, потеряв терпение, – не мог он смотреть на понурого Худолея, который только сейчас, кажется, начинал понимать, по какому поводу здесь оказался.

– Вижу, – кивнул он. – Очень хорошо вижу… Ясно так, отчетливо.