Купите девочку

Шаланда сидел за своим столом, уставившись в пыльное стекло, под которым были выложены календари за последние несколько лет, телефоны начальства, морга, странная девица, вырезанная из какого-то журнала, – видимо, чем-то тронула она сердце Шаланды, чем-то его встревожила. Отвлекаясь на секунду от своей опасной многотрудной деятельности, Шаланда встречался с ней взглядом, и глаза его теплели, в них снова возвращалась жизнь. Девица была почти раздета, а обильные ее формы уже не первый год утешали Шаланду и давали ему какие-то надежды на будущее.

Судя по тому, что снимок был достаточно замусоленным, Шаланда общался с девицей не только через стекло.

– А, Паша, – Шаланда со вздохом оторвал взгляд от красавицы и накрыл ее папкой уголовного дела. – Как поживаешь, Паша?

– Весна, – ответил Пафнутьев, присаживаясь у стены. – Природа оживает от зимней спячки… Душа выбрасывает робкие зеленые побеги… Всем хочется любви и ласки.

– Это хорошо, – кивнул Шаланда. – Вчера из-под снега вырыли два трупа.

– И что же?

– Опознаем.

О чем и сообщаю. Тебе положено об этом знать. Какой-никакой, а все следователь, – не удержался, кольнул Шаланда.

– Да уж сообщили, порадовали.

– Это только начало. Еще одного выловили в речке. Но тот хоть с документами.

– Везучим оказался, – сказал Пафнутьев.

– Не очень… Сообщили родне… А те ни в какую не хотят своим признать. Не похож, говорят. А как он может быть похожим, если всю зиму в речке отмокал? Он и в самом деле не похож ни на одно земное существо. Не хотят забирать.

– Почему?

– Хоронить не на что, обычная канитель. Сейчас вот начнут из-под снега показываться руки-ноги, они ведь, Паша, того… Не все убитые, не все замученные. Половина своей смертью померла. Хоронить дорого, разорение… Вынесли, снегом присыпали, и будь здоров, не кашляй, как говорится.

– Значит, и до таких времен дожили мы с тобой, значит, и в этих временах нам побарахтаться придется.

– А дальше? Паша, что будет дальше? – Шаланда поднял на Пафнутьева маленькие глазки и посмотрел на него с нескрываемой растерянностью.

 – Это же ведь полный отпад, а?

– Еще не полный, – усмехнулся Пафнутьев.

– Будет круче?

– Конечно! – беззаботно ответил Пафнутьев. Поднявшись, он подошел к столу Шаланды, сдвинул уголовное дело в сторону, всмотрелся в игривую улыбку красавицы под стеклом. – Пора менять, – сказал он. – Не надоела? А то нынче другие в моде… Показывали вчера по телевизору – сиська в ведро не помещается, на полтора ведра сиська.