Люди и Боги Армора

– Ах да, конечно, – насмешливо уронил граф, – и всё же не откажи мне в удовольствии и побеседуй со мной, с твоим будущим королём.

– О чём бы вы хотели услышать, ваше сиятельство?

– Расскажи мне о Древних Богах, Фелиз. Ты их видел? Говорил с ними?

– Вернее сказать, они говорили со мной. Это было, как услышать голос, но не увидеть его источника. Увидеть же Богов в привычном смысле мне пока не доводилось. Они не подобны нам.

– Фелиз, послушай, я иногда думаю, что я – круглый дурак. Из-за того, что доверился тебе в этой авантюрной идее.

Признаться, я сделал это из скуки и понимания того, что будущее мне не сулит ничего хорошего – лишь утомительные заботы о сохранности моих жалких владений от набегов алчных соседей. А в душе я хотел бы отправиться за море, на Юг, вступить в свиту Луарийского короля, или даже на северо-запад, где король Альбиона созывает под свои стяги лучших рыцарей мира, для освобождения святого гроба Короля Артура от нечестивых кочевников.

–Понимаю, милорд. И вновь повторю, что здесь вас ждёт не менее блестящее будущее.

Если мы прямо сейчас не угодим в засаду…

– Засаду, Фелиз?

– Да, ваша светлость. Засаду. Мы скоро въедем в теснину. Прикажите людям остановиться.

Поскольку это было произнесено самым серьёзным тоном, граф без промедления отдал короткий приказ. Разведчики тоже замерли впереди.

– Милорд, пора людям отдохнуть, – Фелиз первым соскочил с лошади, – пошлите разведчиков пешком обследовать осторожно скалы впереди, но не со стороны дороги. Возможно, там таятся наблюдатели.

– Разбойники, Фелиз? – граф нахмурился, – в эту пору?

– Возможно. Дайте мне время. Я попробую яснее увидеть, что там таится, но для этого мне нужен покой.

С этими словами он направился к ближайшему дереву, огромному грабу, уселся в его корнях и закрыл глаза.

Сознание Фелиза через несколько глубоких вдохов отрешилось от топота коней, лошадиного фырканья, и людских голосов. Словно всполох пламени, оно рванулось вверх, выскользнуло из макушки, устремилось к верхушкам деревьев.

Фелиз видел всю поляну сверху, словно пролетающая птица. Он теперь и был птицей. Послушно скользя на крыльях тончайшего эфира, он устремился вдаль, туда, где деревья расступились, а тракт, словно змея, втягивался в теснину, образованную двумя скальниками, что ступенями поднимались справа и слева.

Сначала он увидел двоих притаившихся за камнями наблюдателей, а затем, в пяти арпанах, целый отряд, расположившийся под деревьями в ожидании сигнала.