Горькое похмелье

Вальдгейм, Гиршау, Ландскроне, Фридендорф, Шпаррау, Контиусфельд, Гнаденфельд, Гнадельталь, Николайдорф… Райский сад, молочные реки, кисельные берега.

Озеров между тем уже наметил балочки и рощицы, где можно расположить засады, укрыться, а потом оттуда нанести по офицерскому полку неожиданные и ошеломляющие удары. Результат? У Добровольческой армии Май-Маевского окажутся спутанными все карты. Лежащие в стороне Бердянск и Мариуполь они и не подумают защищать. Кроме того, армия Махно после боя еще пополнит запасы столь необходимых патронов и снарядов.

План выглядел, действительно, толковым. Этот большевичок Озеров, похоже, был находкой для анархистов.

Эшелоны махновцы оставили у станции Воскресенки, а сами выбросили крепкий десант на дорогу Розовка – Гайчур – Цареконстантиновка. Офицерский полк, как и просчитал Озеров, шел довольно беспечно, без бокового охранения. Конница и пехота батьки ударили с флангов, а тачанки заскочили в тыл. Разгром был полный. Двести офицеров, юнкеров и колонистов, ошеломленные внезапным налетом, сдались в плен.

Махно приказал патроны экономить, а пленных изрубить у карьера, где брали песок для железной дороги. Он понимал, что после этого, даже если кто-нибудь из махновцев дрогнет в бою, в плен сдаваться не станет. Мстить кадеты будут люто.

Озеров был против расправ. Он хотел отправить пленных в Гуляйполе. Но его уже не слушали: надо поскорее идти на Бердянск, а тут возись с офицерьем, отрывай от дела бойцов, снаряжай конвой…

За два часа весь карьер залили кровью.

Многие хлопцы отказывались рубить и уходили в степь, там их рвало и выворачивало.

К войне не сразу привыкают, ее изучают на практике. А наставлений и пособий по таким делам пока еще никто не придумал.

Когда махновцы ушли к Бердянску, разделившись на две колонны, карьер окружили стаи бродячих собак и устроили грызню и дележ добычи. Все это застал офицерский аръергард. Обожравшиеся псы были не в состоянии далеко уйти, и их перестреляли, а в Добровольческую армию Май-Маевского отправили длинную телеграмму.

Зверство махновцев возмутило генерала. Ему и в голову не могло прийти, что жестокость повстанческого батьки была рассчитанной. Май-Маевский приказал срочно взять Гуляйполе, самого Махно поймать и повесить, а село примерно наказать. Лучше всего это могла сделать самая мобильная и самая лихая часть – новоиспеченная дивизия новоиспеченного генерала, джигита, смельчака и азартного игрока со смертью Андрея Шкуро.