Горькое похмелье

Последним, на несчастье Маруси, на ее пути-дороге повстречался зоркоглазый и решительный генерал Слащёв…

Личный поезд создателя Красной армии, председателя Реввоенсовета Республики Льва Революции Троцкого стоял в Харькове на запасных путях. Это был уникальный поезд. Два блиндированных паровоза, царские вагоны люкс с душевыми, вагоны-гаражи, вагоны-конюшни, пушки на платформах, пулеметы, даже такие диковинные зенитные, как французский «гочкис»…

При поезде были еще вагон-баня, вагон-клуб, вагон-столовая, вагон-типография, вагон-радиостанция, из которой в нужное время выбрасывалась высокая антенна, устанавливались растяжки, и рация была готова принимать волны не только царскосельской станции, которая обслуживала большевистское правительство, но даже сигналы, передаваемые с Эйфелевой башни.

Двести беззаветно преданных матросов Балтфлота и латышские стрелки составляли экипаж и охрану Троцкого. За Льва Давидовича они были готовы идти в огонь! На рукаве у каждого матово поблескивал сделанный на Петроградском монетном дворе красочный знак с надписью: «Поезд председателя РВСР».

Знак этот действовал похлеще, чем удостоверение чекиста.

За основным поездом обычно следовал еще один, подсобный. Здесь были спальные вагоны, вагоны-склады, вагоны-арсеналы… Никогда еще не было таких поездов и, вероятно, никогда больше не будет. По рельсам войны бегали несколько орденоносных бронепоездов: «Троцкий», «Урицкий», «Свердлов», но куда им было до этого!

В штабном отсеке этого поезда над картой колдовали, спорили и определяли судьбы революции три человека: сам Лев Давидович Троцкий, его заместитель Эфраим Склянский, человек маленький, тихий, немногословный, и еще Иоаким Иоакимович Вацетис, бывший царский офицер, а ныне главнокомандующий вооруженными силами Республики.

Вацетис – крепкий, коренастый, грубый, бритая голова вдавлена в плечи, говорил с сильным прибалтийским акцентом.

Вацетис был царский полковник. Хоть из крестьян, но не плебей, не выдвиженец Великой войны. Окончил Академию Генштаба.

Это он со своими латышами подавил левоэсеровский мятеж в июле восемнадцатого. Русских считал недочеловеками, стадом, а не народом. Но в данный момент, когда русского человека необходимо было «сузить» и из анархической личности превратить в ограниченного обязанностями исполнителя, Вацетис играл важную роль. Может быть, уже сыграл. Во всяком случае, расстрельных списков он подписал много и делал это охотно.

– Дивизия Шкуро теснит нашу Девятую.