Дневник студентки МГУ, или Гуманитарии делят на ноль

В конце концов, с каждым может случиться, каждый может проспать немецкий три раза подряд! Я же не виновата, что его в пятницу перед выходными ставят первой парой! Деканат мог и догадаться, что это очень неразумно, и на четвертом курсе не все смогут найти убедительные аргументы, чтобы быть в универе в 9 часов утра!

– Доброе утро!

– Доброе! – Саша кивнула, намазывая свое лицо каким-то зеленым кремом. Надеюсь, на запах он был лучше, чем на вид. – Анфис, ты не знаешь, чей там творог? Это ваш или девчонок? – Она кивнула на соседнюю дверь.

 – Просто он воняет на весь холодильник. Я все ждала, когда же его уберут, но вчера открыла дверцу и чуть не задохнулась – просто ужаааас! Надо спросить, чей, и сказать, чтобы хозяин помыл нижнюю полку, потому что он там протек.

До последнего ее предложения я готова была сознаться, что творог мой. И что вначале я собиралась его съесть, потом сделать из него сырники (точней, попросить об этом Алису), ну а по прошествии месяца скормить бездомным кошкам.

Но прикинув, что Саша (а она в нашем блоке за спиной звалась чистюлей) попросит меня сейчас вымыть не только нижнюю, но протереть заодно и другие полки, я решила не сдавать свои позиции. И лишь равнодушно кивнула:

– Ладно, скажу тогда девчонкам.

У наших соседок было тихо, и я надеялась, что никто из них неожиданно не появится в коридоре. Как здорово, что они были первокурсницы и СМОГЛИ пойти на первую пару.

– Отлично! Ты в душ?

– Да! – накрахмаленным от задора голосом выдавила из себя я.

Саша улыбнулась и радостно выпалила: – Так классно вставать ко второй паре, правда?

С уксусным выражением лица я попыталась разделить ее живой энтузиазм. Так, теперь перед выходом предстояло еще незаметно ликвидировать из холодильника творог.

Душ меня успокоил. Я пару раз спела «Не вешать нос, гардемарины!», когда в дверь постучали. Наверное, я мылась слишком долго – в общаге это непозволительная роскошь. Вряд ли это было из-за моего пения.

Хотя…

Я помню, на втором курсе мы возвращались на поезде с археологической практики в Крыму. Было раннее утро, слишком раннее, чтобы еще кто-то проснулся в плацкартном вагоне. Мне не спалось, потому что накануне я целый день отсыпалась за всю практику. От нечего делать я стала напевать какую-то песенку, которую мы пели обычно под гитару за нашим вечерним столом. Я уже подбиралась ко второму куплету, когда мое вдохновение наглым образом прервали.