Исповедь колдуна. Трилогия. Том 2

А теперь спать, Юрка, спать!»

Короткая формула магического заклинания послушно всплыла в памяти и я уснул.

Глава 2

Прошло три долгих, томительных для меня, дней. Я день ото дня креп, набирался сил. Молодой организм шестнадцатилетнего подростка оказался удивительно пластичным и податливым лечению с помощью приобретенных мною магических знаний. На вторые сутки я накопил уже столько энергии, что смог исправить те огрехи и нарушения в теле, которые вынужден был оставить как есть при его оживлении. Только рану на голове я оставил без изменения, решив, что внезапное исчезновение обширного повреждения кожного покрова и сросшиеся кости повергнут в шок и без того достаточно удивленных наших дудинских эскулапов, и не стал снимать гипсовый лангет с левого предплечья.

Навещавший меня главный хирург Виктор Иванович во время своих визитов держался, как и положено опытному врачу, бодро и уверенно, но я видел, как беспокойно мечутся его мысли. Опытного врача постоянно мучила загадка моего воскрешения. Виктор Иванович не мог себе простить допущенный промах и казнил себя за те часы, что моему телу пришлось пролежать в холодном помещении морга.

Он постоянно тревожился, не поднялась бы у меня температура, сигнализирующая о начавшемся воспалении легких.

Естественно, во избежание лишних недоразумений, я не мог успокоить на этот счет хирурга, зато Зоя Владимировна при виде Виктора Ивановича прямо расцветала от почтительности.

Выбрав подходящий момент, я попросил Зою Владимировну принести для меня какое-нибудь зеркало.

Она удивленно посмотрела на меня, но послушно встала и направилась к двери. Через пять минут она вернулась, неся в руке маленькое круглое зеркальце, и подала мне.

Оставшись один, я здоровой рукой поднес кругленькое зеркальце к своему лицу и долго рассматривал его. Прямой нос, высокий лоб, большие серые глаза, продолговатый овал лица и нежная, с едва начавшим пробиваться пушком кожа. Симпатичное, еще не оформившееся лицо подростка, резко оттеняемое шапкой бинтов, венчающих разбитый затылок с перехватом под подбородком.

Первое время я с трудом заставлял себя называть эту молодую женщину мамой. Согласитесь сами, что странно сорокачетырехлетнему мужику называть мамой женщину, которая моложе тебя на семь лет. Но делать другого было нельзя и я постепенно привык, тем более, что эта удивительная женщина при своем появлении по-прежнему изливала на меня целые потоки нежности и своей энергии, которая помогала мне быстро оправиться от травмы.