Страх и сомнение

Две другие, брюнетки близняшки, чумазые и днем и ночью, казалось, не замечали тягот жизни, а когда в руках оказывались сигареты и стакан, так вообще становились самыми счастливыми.

Люди прибывали на свалку жизни часто и уходили быстро, зачастую сразу на небеса. Но были среди «постояльцев» и долгожители, к коим относились Лена и её дочь. Женщины почему-то лучше мужиков переносили тяготы жизни на свалке, то ли меньше раздумывали о мирском величии, то ли боялись оставить детей, рождённых тут же, на произвол судьбы.

А у детей так и вовсе иммунитет с рождения был. И к грязной воде, и к плохой еде и к желанию наложить на себя руки.

– Ещё парочка, – сказал Дима, указывая на два трупа, завёрнутых в полиэтилен. – Урожайная нынче зима выдалась.

– Весёлого мало, – вздохнул Альберт, – на трупы здесь плодородная земля.

– С приходом восточного ветра она будет ещё плодороднее, – Дима достал сигарету, – и могильной канавы не хватит.

Они прошлись по дороге, устланной мусором, к ветхим жилищам местных жителей.

Юля с ребятами смотрела на них недоверчиво, никого из взрослых дома не было.

– Мы журналисты, – улыбнулся Дима, – будем снимать вашу жизнь, тебя покажут по телевизору.

Одеты они были недорого, чёрные пуховые куртки и ботинки были, такое чувство, подобранны тут же на свалке. Брюки на Диме и синие джинсы на Альберте износились и стёрлись на коленях почти до дыр. Общий язык с местными нашли быстро, хватило пары бутылок водки и палки колбасы. Как оказалось, жили тут и гитаристы, и певцы, и бывшие военные, прошедшие горячие точки.

По обыкновению, вечерами после первой закатывали песни, после второй переходили на задушевные разговоры, а после третьей поминали павших. И на войне и здесь, на свалке. Ещё и не разберёшь, где больше полегло.

– А недавно так и вообще неординарный случай был, – рассказывал дядя Витя, бывший тракторист, попавший сюда после развала колхоза, – пришли трое мужиков, хорошо одетых и с деньгами, предложили заработать за пару часов.

Сыграть, мол, надо, на публику красиво. Есть среди вас артисты. Ну и Гришка, бывший актёр, и согласился. Дали ему тысячу рублей, отмыли, приодели, накормили, сто грамм налили. Потом увезли, а через полчаса вместе с десятью человеками на краю свалки выгрузили. Те-то все разодетые, да припомаженные. Сразу видно, не нашего круга лица. Поставили на колени да как пульнут в воздух. Будете, мол, платить… Все замотали головами, хоть убивайте, не будем.