Пылающий лед

И заодно уж – ко всем, кто останется жить и продолжит дело разрушения.

Он продолжил работу на полуразрушенной яхте, лишь сменил вектор поисков на более глобальный. Теперь он лихорадочно трудился не для себя. Для всей планеты, как патетично это ни звучит… Для планеты, почти погубленной двуногими обитателями, неизвестно за какие заслуги именующими себя разумными…

Он успел. Закончил, когда уже начались боли и приходилось глушить их ударными дозами анестетиков. Когда аварийные аккумуляторы находились при последнем издыхании… Закончил – и столкнулся с новой проблемой.

С отсутствием выхода в Сеть. Строго говоря, единой Сети уже не существовало – остатки, обломки, не связанные между собой сегменты. Но и этих осколков хватило бы для задуманного… Но – ни одного уцелевшего ретранслятора в зоне досягаемости. Ни одного спутника, отвечающего на сигналы…

Все напрасно. Можно было сразу пустить себе пулю в лоб, не дожидаясь мучительных болей… Можно застрелиться сейчас.

Он не застрелился. Он ждал чуда – превозмогая чудовищную боль, отключив все потребляющие энергию приборы, кроме аппаратуры, повторяющей безнадежные попытки зацепить какой-нибудь спутник…

И чудо произошло. Спутник появился. Значит, он все сделал правильно. Значит, его прощальный дар планете принят. Просто так чудеса не случаются.

…Подмигивание светодиодов на панели прекратилось. Пакет информации ушел в Сеть. Банковская система устояла, несмотря на все потери и банкротства отдельных финансовых монстров – и с финансированием проекта проблемы не возникнут даже после смерти его инициатора.

Таймер настойчиво пищал, сигнализируя о необходимости очередной инъекции. Отто Вирхов не обращал на писк внимания… Дело сделано, можно умирать.

Часть первая

Робинзоны и кладоискатели

1. Кто ищет, тот всегда находит

– Беспилотник сбили отсюда, – уверенно заявил Геллуэй, указывая на лежавшее на боку рыболовное судно.

 – Больше неоткуда.

Олаф Абдельфарид на миг оторвался от бинокля, в который созерцал непонятный предмет, едва торчащий из ила, молча кивнул и вернулся к прерванному занятию. Он не любил зря тратить слова, тем более для подтверждения очевидных фактов.

Рыболовное судно, вопреки названию, рыбной ловлей никогда не занималось – на правой его скуле виднелся здоровенный раструб водозаборника.