Проклятие Гийома Завоевателя

Что Вы думаете по этому поводу, мессир де Нанси? – Спросил Людовик, пристально взглянув в его глаза.

– Мне лично кажется, сир, что в нашем отряде никто не способен заменить мессира Антуана. – Ответил невозмутимый де Нанси.

– Вы совершенно правы. Исходя из этого, я лично спросил совета у мессира Антуана на предмет назначения заместителя. Он рекомендовал Вас, де Нанси. Что скажете?..

– Это высокая честь и огромная ответственность, сир Людовик. Я считаю, что есть другие персоны, более подходящие для этой роли… – смущенно ответил де Нанси.

– Мы прекрасно знаем Вашу скромность, порядочность и щепетильность, но, коли, мессир Антуан посоветовал назначить коннетаблем Вас, так оно и будет. – Решительно сказал Людовик, давая понять всю серьезность и окончательность его решения.

– Раз такое дело сир, то я отвечу только одно. Я, Мишель де Нанси, не подведу Вас и не разочарую моего доброго наставника, мессира рыцаря Антуана де Сент-Омера! – Гордо и спокойно ответил де Нанси.

– Вот и славно. А теперь, сеньоры рыцари, я больше не смею Вас задерживать.

 – Учтиво сказал Людовик рыцарям, которые поклонились и покинули палатку принцу, направившись принимать дела в отряде.

Людовик сел возле горящего факела и начал читать вторую, секретную, часть письма Сугерия.

«Также извещаю Вас, принц, о начале козней семейств де Рошфор и де Монморанси вокруг Вашего батюшки Филиппа. Оные рыцари, прознав о Ваших успехах, сильно обеспокоились. Они начали плести сети вокруг необходимости женитьбы Вас, мой друг и сюзерен, рассчитывая таким способом повлиять на Вашу новую политику укрепления власти.

Вашей свадьбой для своих семейств добиться больших выгод…».

Далее Сугерий рассказывал о возросшей активности семейства де Монморанси вокруг аббатства Сен-Дени и земель убитого мессира де Фонтенэ в графстве Понтье.

Все это начинало беспокоить принца не на шутку.

«Проклятые лизоблюды! Им наплевать даже на близкое кровное родство, лишь бы просунуть свои рыла ближе к кормушке привилегий и власти! Я устрою им скоро небольшое светопреставление! Сначала, я уговорю нашего милейшего виконта де Бурж о залоге его земель, в случае участия мессира виконта в крестовом походе.

Короне надлежит быть первой в таких делах…».

Он снова перевел взгляд на письмо:

«По моему разумению, стоит немного поучаствовать в этой игре, усыпив их внимание. Можно дать предварительное согласие на данный брак, который всегда можно будет оспорить перед Римом, выдав его кровосмесительным…».