Черный квадрат и «белый китаец»

Измененное сознание – явный признак гениальной, творческой натуры. Или, – Солнцев немного помолчал и сказал вдруг с усмешкой – болезненного воображения. Изменить сознание, кстати, можно и с помощью наркотиков.

– Причем здесь наркотики? – удивился Корнев.

– Это я так, к слову.

– А что ты скажешь про «Черный квадрат»?

– Всем известно, – снова усмехнулся Солнцев, – что черный цвет олицетворяет зло, силу тьмы. Все жестокое любит действовать под покровом темноты…

– Или всевышнюю скорбь и сострадание, – заметил Корнев, вдруг вспомнив черные от боли глаза Марины и ее траурный платок.

 – Все зависит от точки зрения

– Ты, пожалуй, прав, – согласился Эдуард. – Так тоже можно трактовать. Хотя художник считал, что его «Черный квадрат» – это дорога в бездонный космос. И вообще, последнее слово в живописи. Однако если все многообразие жизни и многоцветие мира можно уместить в обычном черном квадрате, значит, это – предел. Последняя черта. За которой ничего нет. И не будет.

– Эк-ка, куда тебя потянуло! – воскликнул Андрей.

– Это я так, – нервно засмеялся Солнцев. – Чисто философское толкование.

– А может, «Черный квадрат» – это окно в нечто такое, что каждый понимает по-своему: для кого-то это темная мгла, сплошная ночь, для другого – солнечный свет; земляничная поляна или непролазная топь, ласковая улыбка или звериный оскал, рай или ад… То, что увидишь в «Черном квадрате», что найдешь и возьмешь, зависит только от тебя, – заметил стоящий рядом благообразный старичок, который внимательно прислушивался к разговору приятелей.

– Интересная мысль, – воскликнул Солнцев. – Хотя, на мой взгляд, это все-таки окно в никуда… Извини, – тут же заторопился он, – к сожалению, я должен уходить. До встречи в воскресенье в моем доме. Там и отведем душу в дружеском застолье.

Он подошел к своей группе, которая оживленно спорила о какой-то картине. Спор быстро утих, и все дружно направились к выходу.

«Контактен, эрудирован, раскован, увлекательный рассказчик, но самоуверен и любит рисоваться.

Что еще? Легко подмечает реакцию собеседника, и немедленно отвечает на нее. Правда, что-то его беспокоит», – верный своей привычке все анализировать, почти автоматически констатировал в уме Андрей, как бы подводя итог только что состоявшейся беседе с Солнцевым.

Это «хобби» – составлять мгновенные психологические портреты собеседника, началось у него еще со студенческой скамьи и впоследствии не раз ему помогало.