С мыслью о…

И она была не одинока, таких «блатных» людишек было большинство. Меня оштрафовали.

4. Рядом с моим домом есть два пешеходных перехода, один на пересечении улиц Г. Исакова и В. Шукшина, второй от правой стороны улицы Г. Исакова в районе Сбербанка к многоэтажному дому на нечётной стороне. Много правее этого перехода автобусная остановка, к ней и от неё пешеходы ходят, игнорируя переход. Этот участок дороги спокойный и улочка довольно-таки неприметная, но её облюбовали ППСэсники. Ладно бы «вылавливали» нарушителей автомобилистов, так нет, они решили иначе, останавливать всех пешеходов, пересекающих улицу в неположенном месте и составлять на них протоколы как на нарушителей дорожного движения.

Это, конечно, правильно, но зачем же приравнивать пешехода к автомобилисту и выписывать ему штраф, равный превышению скорости автомобилем? И может быть, ментам стоило бы ограничиться предупреждением? Перешёл дорогу к остановке не по пешеходному переходу и я. Менты меня остановили, потребовали документы (я их с собой не ношу, ибо в стране не установлен комендантский час), назвал фамилию, они сверились по своей базе данных и стали составлять протокол. Я просил не прибегать к столь суровой мере, бесполезно. Составили, заставили подписать, я в отказ. Тогда один из них сказал: «Не подпишешь здесь, отвезём куда надо, там быстро подпишешь!»

Я прекрасно понял, куда они могут насильно отвезти (в лесополосу, там избить или даже убить, а могут избить в ментовке до смерти, а потом выбросить на улице, мало ли кто мог избить до смерти), подписал.

Фимка

(В соавторстве с Виктором Зимаковым)

Разбуженный ранним звонком телефона Максим поднял телефонную трубку и услышал приглушенный, ласковый и родной голос матери. Та, поздоровалась, высказала последние деревенские новости, потом, словно оправдываясь, произнесла:

– Сынок, у нас в Полеводке комбикорма жутко дорогие ноне… Соседи сказали, что у вас в Бийске дешевше… Ты бы, сынок, с оказией какой прислал бы… А лучше сам приехал… Мне всего-то мешка два… курам надо…

Выслушав мать и пообещав, что обязательно привезёт сам, попрощался и, опустив ноги с кровати, потянулся, да так, что захрустело всё тело – слежавшиеся за ночь кости шеи, спины и всего костяного, что есть в его теле.

Широко зевнул, сунул ноги в тапочки, аккуратно стоящие на полу в ногах у кровати, поднялся и побрёл в ванную комнату.