Я был счастлив. Том 2. В зените лет. Том 3. На закате лет. Приложение. На расцвете лет

Мухи везде, на прилавках, на стенах, на потолке, на продуктах. Антисанитария? Я бы не говорила так жёстко. Такое трудное было время. С мухами боролись, я это помню точно, их уничтожали дустом. Здесь дело в другом. Мне трудно судить, в чём именно, но только не в разгильдяйстве или лени власти. Страна после войны жила тяжело, вот главная причина.

А как жили крестьяне в деревне? Я не знаю. Бабушек и дедушек у меня не было. Некоторые дети нашего двора на лето уезжали в деревню, я же круглый год жила в городе и понятия не имела, что такое деревня.

Нет, я, конечно, знала, что деревня это не город, но что там делают, как живут – не знала. Единственное, в чём я была уверена, так это в том, что в деревне люди живут лучше, чем в городе, если выносят на базар овощи, фрукты, мясо птицы и скота, молоко и молочные продукты.

О ценах базара я тоже ничего не знала. Видела, что по нему ходят люди, что-то покупают, и нет очередей, что было довольно-таки странно.

– В пустых магазинах длинные очереди, а на базаре, где всё есть, очередей нет? – удивлялась я.

 – Почему так?

Мы жили с базара, и я это понимала, так как на нашем столе было мясо и овощи, чего в магазинах никогда не было. В магазине всегда были лишь рыбные консервы, конфеты и пряники, а хлеб, мука и сахар завозились очень редко, и эти продукты продавались только по талонам. Когда всё это поступало в продажу, выстраивалась многометровая очередь. Люди в ней прилипали друг к другу так плотно, что между ними невозможно было просунуть лист бумаги.

Зимой тепло, а летом душно, жарко и пот лился ручьями по лицу.

1951. Света в матроске

– Мама, ты куда?

– На базар, доченька. Я быстро, ты пока поиграй, приду, будем обедать.

И вот я уже за столом. Мама купила молоко и вкуснейшие ягодки, она называет их Виктория.

– Ах, какое красивое и вкусное имя у этих сладких ягодок, – мысленно говорю я и смотрю в тарелку, в которую мама положила эти ягодки и стала заливать их молоком.

– Вот тебе ложка, милая доченька. Кушай ягодки, – говорит мама, садится за стол, подпирает голову рукой и смотрит на меня счастливыми глазами.

Правой рукой я беру ложку, левой край тарелки, поддеваю одну ягодку и, раскачиваясь на стуле, подношу её ко рту.

– Доченька, не качайся, упадёшь, – говорит мама, но…

Стул опрокидывается, я падаю и тяну за собой тарелку. Молоко на голове, лице и платьице, а ягодки на полу.