Империя. Или покуда не вымерли драконы. Книга первая: судьба Рогнура

Теперь вся рыночная площадь уже внимала ему, даже парочка воров-наблюдателей с рынка развесили уши. Люди желали услышать подробности от бывалого воина. Намэрр Крепкий Хребет присел подле того камня, где стоял оратор.

– Итак… – начал он. – С чего мне начать эту историю?.. Всё началось три года назад, сначала в моём родном племени Зорм-Тапарч, жившем в стоянке Гармака, где Кешдромат тогда ещё служил как один из «братьев», пока он вместе с группой заговорщиков не свергнул тогдашнего вождя Алкуита Белого Медведя и собственноручно казнил членов его семьи, включая жену, двух сыновей и трёх дочерей старика.

«Пускай их тела заберёт Мардозрог, а Стиртовал пожрёт их души» – победно кричал тогда новый вождь-узурпатор.

С этих пор, Кешдромат Могучий, тридцати восьми-летний самопровозглашённый тиран на Обветренных Равнинах, воцарился в стоянке Гармака, и в тамошнем племени начали происходить разительные перемены… Те времена, когда все насущные вопросы решались общим племенным собранием, теперь закончились.

Кешдромат впервые стал узаконенным деспотом, который мог творить, что хотел, не принимая возражений. Приближённые вождя, сформировавшие костяк новых «братьев», обычно лишь формально голосовали «За». Новые законы и обычаи принимались единогласно, даже самые абсурдные и угнетающие людей. Были воины, душой верные погибшему Белому Медведю, что воспротивились безумному и кровавому узурпатору, но они, к сожалению, были малы числом и тиран периодически проводил «показательные обеды», где в буквальном смысле поедал своих «политических оппонентов».

Всех неугодных в племени Зорм-Тапарч даже не изгоняли, а сажали в клетки и потом публично казнили. Некоторых людей привязывали к столбу и сжигали заживо, других сажали на копья, а непокорных женщин притаскивали за волосы к месту казни и заставляли смотреть на мучительную смерть их мужей…

– Я увидел всю ужасную перспективу оставаться на родине и сбежал из племени, тайно спрятав в мешках жену и двух дочек… – с тяжестью на сердце признался старый воин Намэрр.

Его рассказ ещё больше взбудоражил галдёж толпы, некоторые люди из племени Тоз-Мершват начали паниковать.

– Нельзя ничего не делать! Нужно подниматься на борьбу с этим проклятым тираном-вдоводелом! – раздался из толпы возглас пылкого молодого охотника-сварда. Ему в ответ послышалось несколько одобрительных возгласов от соплеменников.

От этих речей о грядущей войне адамово яблоко Рогнура то поднималось, то опускалось.