Дранг нах остен по-русски. Последняя битва

Все они, что немцы, что поляки и прочие чехи, венгры, словаки и так далее, простых людей и людьми не считали. Так что резать бароны будут всех, мужчин, женщин, детей, как скотину, без суда и жалости. За ними и соседи подтянутся, дабы отщипнуть бывших своих земель или чужие прихватить по случаю.

Наместник отлично помнил все разведывательные сводки по европейским соседям. Желающих наберётся достаточно, от остатков Франции и непуганой Швейцарии до Священной Римской империи, жаждущей реванша, и Швеции, считающей себя сильнейшим государством в Европе, незаслуженно обойдённым своими богатыми союзниками – Западным Магаданом и Новороссией.

К урочному часу собрались почти все министры и приглашённые градоначальники. Отсутствовал лишь отец наместника, сославшийся на плановую операцию, из-за которой вынужден задержаться на четверть часа, да Ульян Мальборо, министр финансов, которого почему-то не смогли найти по телефону.

Пора начинать, решил Седов и поднялся из-за стола. Нервное утро выдалось у наместника, первый бунт под его правлением всё-таки, да ещё такой крупный.

Как на его работу посмотрят отцы-основатели? Может, потому и дрогнула рука Никиты, уронив на пол ежедневник с набросанными вопросами к совещанию. Мужчина машинально нагнулся и присел, поднимая блокнот с пола. Именно в этот момент сработало взрывное устройство, оставленное в портфеле у входа в кабинет.

Взрывная волна буквально разорвала ближайших ко входу в кабинет министров, остальных воздушный кулак отбросил в стороны, размазав по стенам.

Первые умерли мгновенно, участь остальных оказалась лучше, но не мягче. Две трети кабинета министров получили множественные компрессионные переломы и контузии. Легче всех отделался наместник, которого прикрыли от ударной волны массивный стол и приставная тумба.

Удача спасла Никиту Седова от компрессионных переломов и контузии, но отражённый от стены воздушный фронт опрокинул на него сзади книжный шкаф. Великолепный шкаф красного полированного дерева, высотой под потолок, добрых три метра, с двумя десятками томов немногочисленного новороссийского законодательства, картами и статистическими данными за последние годы.

Другого, менее счастливого человека подобная тяжесть придавила бы насмерть. Но только не Седова-младшего, который отделался сломанной ключицей правой руки и огромной шишкой на затылке. Хотя сознание всё-таки потерял от удара, напугав своего отца, появившегося в приёмной наместника за мгновение до взрыва.