Впереди только тьма

Просто хотела немного лучшей жизни для себя.

Все были против нее в этом нечестном мире, хоть она и сама пыталась несправедливо жить.

Смазанные движения, почти неразличимые в темноте. Блеск металла в ее руке, появившийся словно из воздуха. Ютроп вскрикнул от боли, которая прошлась вдоль запястья. Проворно освободившись, девушка, сжимая свой единственно верный кинжал, метнулась назад, бросившись прочь от засады. Страх сковал ее шею, от чего она была не в силах оглянуться назад. Понеслись ей вслед громкие проклятия, всхлипы.

Мир вокруг завертелся с бешеной скоростью. Беспечной молодой женщине казалось, что всего за секунды она способна оторваться от них. Это лишь еще одна из неприятностей, которые она всегда ловко избегала.

Что-то твердое влетело ей в спину. Перехватило дыхание от резко вспыхнувшей боли. У нее даже не получилось вскрикнуть, лишь испустить резкий удивленный выдох. Второй удар прошелся по ноге. Тупой предмет влетел в бедро с еще большей скоростью и насквозь прошел через плоть, потерявшись в темноте улиц.

Дикая боль накрыла жаром, будто женщину клеймили железом. Раненная нога резко дернулась вперед, теряя опору. Мостовая встретила охотницу стремительным холодом и агонией. Она перестала чувствовать свое тело, двигаясь будто по инерции. Все это сон, глупый сон, который нельзя было изменить.

Почти в бреду, девушка хотела встать, но правая нога уже была не в ее власти. Упорно пару раз она попыталась подняться, но от этого опять неуклюже рухнула вниз.

Агония достигла новой точки, и все тело вскипело от боли. Она всегда боялась боли за то, что ее надо ощущать.

Перевернувшись на спину, она бессильно уставилась в черное небо, а рукой тянулась к боли в ноге. Нащупала лишний отросток, покрытый теплой влагой, вызвав жгучий приступ боли по всему бедру. Кажется, это была ее кость.

Она смотрела на звезды, но не могла их разглядеть. Слезы от страданий и обиды размыли для нее мир. Она пыталась кричать, но не хватало воздуха.

Пыталась стонать, но не хватало сил. Оставалось лишь держаться, только бы не потерять сознание.

– Вот и зачем ты, мразь такая, сдалась нам? – голос приближался, совсем уже близко к ней. Она была для них словно помехой, ничтожным забитым зверьем.

В удушающих муках она склонила голову набок и ужаснулась. Все это время она лгала себе. Та женщина, что лежит здесь – ничтожество. Она никто и всегда была таковой. Все было тщетно, за что бы она ни взялась.