Впереди только тьма

Она пробежала самую малость от внезапной засады, и теперь она лишь хнычущий ребенок. Ей хотелось вопить, но голос звучал только у нее в голове.

Почему не осталась дома? Почему так не любила то, что имела?

– Как же вы все мне надоели, – тихо отозвался незнакомец в капюшоне самому себе. Женщину оттаскивали, словно куль с тряпьем, ухватившись за невредимую ногу. Жалкие всхлипы ее обманщика становились слышны лучше, но она видела лишь, как сменяют друг друга дорожные камни перед её лицом. Безликие и холодные, они будто прощались с ней.

Силы покидали ее.

Холод, такой прекрасный. Обними же сильнее, чтобы все забыть.

***

Только ночное небо перед глазами. Словно гвозди, звезды вспарывали черное полотно, удерживая небо над головой. Звезды говорили с ней, утешали. Жива, все еще жива.

Весь мир ходил ходуном, с каждым толчком вбивая осколками головную боль. Ногу дико жгло от раны, и девушка не собиралась нарушать ее покой. Чувствовала себя измождённой, как если бы весь день обходила каждый закоулок города с мешком камней.

Она помнила, видела в детстве, как монахи Феникса так наказывали воров.

Сознание металось, паника начала нарастать. Значит, это все правда. Хмель выветрился из головы, оставляя непонимание. Почему все случилось именно с ней? Как она смогла вновь ошибиться и настолько сильно? Хотелось, чтобы просто прекратилась боль.

Мир двигался, и она поняла, что была в повозке. Мало что можно было разобрать в темноте. Женщине было мягко лежать, сложно было угадать на чем именно.

Заметила, что она была наполовину накрыта тканью, как накрывали товары от непогоды. Видимо, былая хищница и была теперь таким товаром.

Чувствовала влажный холод вокруг себя. Порываясь привстать, девушка лишь сдавленно ахнула и опять опустилась на место. Рукой попыталась нервно найти что-то. Попадалась ткань, напоминало одежду. Пальцы нащупали нечто склизкое и округлое. В отвращении и страхе женщина отдернула ладонь: она водила по чьему-то глазу.

Догадка пришла внезапно, разрушая остатки рассудка. Она лежала среди мертвецов в телеге, полной трупов. Только сейчас смрад крови и плоти ударил ей в нос, отодвинув в сторону боль.

В припадке ледяного страха, женщина завопила. Она кричала из последних сил. Нельзя было просто убежать и все забыть. Это все происходило не с ней, это все пьяный бред, ночной кошмар. Она завывала горестно, взывая всеми своим страданиями к черному небу.