На границе Вселенной. 3 тома в 1

Других лекарств против этой болезни не существует…

– Это бы помогло нам… – мой голос становился все тише.

– Вирус поражает мозг. Постепенно. Этот процесс нельзя остановить, поэтому, в любом случае, дня через три начнутся проблемы: спутанность сознания, бредовые мысли, галлюцинации. Часто пациенты становятся опасны для окружающих, тогда мы забираем их в больницу. Вы можете вызвать службу через инфо-датчик, если такое случится с одним из вас, – печально предупредил врач.

– Хорошо, – пробормотала Ари, отворачиваясь от нас.

Патрим объяснил, что его ждут ещё многие больные, поэтому нужно идти дальше. Он оставил нам запас лекарств и обещал вернуться послезавтра.

Мы снова остались одни.

– Тебе не страшно? – Ари повернулась ко мне.

– Нет, – я присел на кровать ближе к ней.

– Почему?

– Смерть похожа на успокоение, осознание конца смертей, идущих за мной по пятам…

– А ты кого-нибудь спасал, Маркус? – она тяжело дышала.

– Да, – ответил я и погладил её по руке.

– А что важнее: те, кому ты несёшь смерть, или те, кто обрели спасение?

– Ты мыслишь слишком по-философски, – усмехнулся я, задумался и, помолчав, добавил: – Спасение куда важнее.

– А ты только представь, скольких ты мог бы спасти, стань ты королём? – предположила подруга с едва уловимой улыбкой на раскрасневшемся лице.

– Не думаю, что из меня вышел бы хороший король, – усмехнулся я. – Да и поздно уже об этом думать.

Я гладил Ари по голове и волосам, и она очень быстро уснула. Это была наша последняя беседа…

К ночи температура Ари поднялась до сорока градусов, как транслировал её инфо-датчик.

Лекарства смогли сбить жар на два градуса, но моей подруге всё равно было плохо. Периодически из её носа сочилась кровь. Она перестала понимать, где находится, плакала, кричала и звала родителей, а потом вновь засыпала.

К утру следующего дня Ари уже не помнила меня. Её слова были спутаны, и, ничего кроме имён её родителей, разобрать уже не получалось. Она начала кашлять кровью.

Я помогал ей, как мог.

Сидя на полу у кровати, я осознавал, что хуже, чем наблюдать, как умирает близкий человек, ничего быть в жизни не может. Мои глаза наполнялись влагой от осознания того, что больше я ничем не могу помочь этой девочке. Мне хотелось, чтобы симптомы болезни пришли ко мне быстрее, и этот кошмар забылся. Но они так и не приходили…

Это был третий день болезни Ари. Она уже не могла сама дойти до туалета. Патрим снова приходил.